Мы львы или, во всяком случае, так нам нравиться думать. Но разницы нет, Кем. Наступи на хвост змее или льву, и в том и в другом случае умрёшь.
... даже великан рухнет, если подсечь ему ноги, и будет не выше тебя, когда упадет.
Мы львы или, во всяком случае, так нам нравиться думать. Но разницы нет, Кем. Наступи на хвост змее или льву, и в том и в другом случае умрёшь.
Его сломало одно сказанное шёпотом слово, сделав то, чего не смогли кулаки, кнуты и дубинки.
Человека нельзя сделать рабом против воли, – отметил карлик. – Выбор есть всегда, пусть даже между оковами и смертью.
Каждое прикосновение — ложь. Я заплатил ей столькими фальшивыми монетами, что она почти поверила в своё богатство.
Доверять, мой принц, нельзя никому. Ни вашему мейстеру без цепи, ни вашему лжеотцу, ни бравому Утке, ни прелестной Леморе — никому из близких людей, растивших вас с малолетства. В первую же голову не верьте торговцу сырами, Пауку, и маленькой королеве, на которой хотите жениться. Это недоверие проест вам желудок и не даст спать по ночам, но лучше уж это, чем вечный сон.
Неудивительно, что его дважды изгнали, – подумал Тирион. – Я бы его тоже прогнал, если бы мог. Холодный, задумчивый, угрюмый, без чувства юмора – и это еще его достоинства.
— Чилла сказала ему, что только трусы убивают побежденных.
— Храбрые оставляют человека в живых, отобрав своё ухо обратно*. Только так ты можешь доказать, что не боишься врагов.
— А милорд [Варис] сказал, что он не мог бы спать, будь он Черноухим, — ему всё время снились бы одноухие враги.
— Мне такая опасность не грозит. Я своих врагов боюсь и потому всех убиваю.