Хотел бы я хоть что-то значить в этом мире и быть счастливым ради кого-нибудь.
Удивительная у меня способность — обесцвечивать всё, что со мной происходит.
Хотел бы я хоть что-то значить в этом мире и быть счастливым ради кого-нибудь.
И вот качу я по Парижу, болтаю сам с собой, экономлю мысли, чтоб осталось на обратный путь, а сердце так и скачет в груди, так и прыгает по булыжникам.
Нам не привили эту культуру. Я всю жизнь исходила из того, что романтика либо умерла, либо она фальшива.
Люди будут кудахтать и мотать головами, чтобы я ни делала. Так что я буду делать то, что хочу, и так, как хочу!
Сколько раз за прожитые годы я находил причины и отговорки, чтобы не общаться с окружающими. Собственно, если у меня не было весомой причины для разговора, я и не разговаривал. Просто не мог заговорить так свободно, как хотелось бы. Иначе говоря, одиночки – это люди с обострённым чувством цели.
... Сейчас только десять двадцать, а я уже определился с вечером: пойти и нажраться.