вопросы

Это ужасно, Курильщик. Когда твои вопросы глупее тебя. А когда они намного глупее, это еще ужаснее. Они как содержимое этой урны. Тебе не нравится ее запах, а мне не нравится запах мертвых слов. Ты ведь не стал бы вытряхивать на меня все эти вонючие окурки и плевки? Но ты засыпаешь меня гнилыми словами-пустышками, ни на секунду не задумываясь, приятно мне это или нет.

Когда встречаются два инженера, один говорит другому: «Я могу осветить площадь 50 квадратных футов с помощью этой крошечной светящейся точки». Другой не воскликнет: «Это невозможно!». Так они не разговаривают. Он спросит: «Какой тут источник энергии? Какое потребуется напряжение? За счёт чего точка светится?». Они задают вопросы. Обычный человек скажет «Чего!? В жизни такому не бывать!». Такой подход бытует ещё с давних пор. Это язык войн, ненависти, слепой веры, предрассудков – неспособность задавать вопросы.

— У меня к тебе вопрос. Ответь на него, и нас снова охватит страсть... Если ответ будет правильным, то я забуду о том, как целых 145 лет скучал по тебе. Я забуду о том, сколько страданий принесла мне эта любовь, я забуду обо всём, и мы можем начать всё сначала. Этот момент очень важен для нас, потому что мы не ограниченны временем... В этом вся прелесть вечности, мне просто нужна правда, хотя бы один раз...

— Прекрати! Я уже знаю вопрос и знаю ответ на него. Правда в том, что я никогда не любила тебя. Всегда был лишь Стефан.

— У вас есть ещё вопросы?

— Есть,  — ответил Миша.

— Вот и оставьте их при себе.

— Почему?

— Потому что у меня больше нет ответов. Кончились.

Нас не слушают и отвечают на вопросы, которые нас не интересуют.

Рано или поздно все мы получаем ответы на самые важные вопросы.

Задавать себе вопросы — это еще хуже, чем все знать.

Свобода личности здесь в значительной мере связана с возможностью защищаться от вопросов. Самая сильная тирания та, что даст право задавать самые сильные вопросы.

Власть журналиста основана не на его праве спрашивать, а на праве «требовать» ответа.

– Гретхен спросила Фауста, что есть религия. «Wie hast du’s mit der Religion?» Вопрос наивной женщины, которая хочет постичь смысл явления, стал одним из великих вопросов философии. Именно о том, что слова – всего лишь весьма ограниченная условность. Их безусловность лишь в том, что они всегда ограничивают смысл явления.