вещи

В этом мире ничем нельзя обладать по-настоящему: вещи недостаточно долговечны, и мы недостаточно долговечны.

(В этом мире, собственно, и нельзя ничем владеть, ибо и владения, и мы сами недостаточно устойчивы.)

Мы не осмеливаемся на многие вещи, потому что они тяжелые, но тяжелые, потому что мы не осмеливаемся сделать их.

(Мы на многое не отваживаемся не потому, что оно трудно; оно трудно именно потому, что мы на него не отваживаемся.)

(Мы боимся чего-то не потому, что это сложно. Это сложно, потому что мы этого боимся.)

— Импортные авто и кошки элитных пород хороши, но важнее всего, насколько владелец любит своего питомца. Даже по дорогим вещам всегда заметно, когда они нелюбимые.

— Даже по автомобилям?

— Без сомнения. Моя бабуля назвала свою машинку «Данкити» и очень ее любила. Это было старое корыто, но, каждый раз заводя ее, она говорила: «Данкити, надеюсь на тебя сегодня!»

— Она у вас забавная.

— Может, потому что я работаю здесь, я постепенно привыкла разделять всё на сорта. Типа – «он учился в престижном университете, значит, он высшего сорта». Или – «на ней такая дорогая одежда. Она богата, значит, она высшего сорта». Или – «у нее такой роскошный бюст, значит, она женщина высшего сорта».

— Точно! Тогда я третьего сорта!

— И я! К сожалению!

Честолюбие — пустышка, обман зрения. Нам внушают, что счастье неразрывно связано с обладанием все более и более модными вещами. Нас хотят отдалить от нашей настоящей человеческой природы, чтобы помешать нам бунтовать против всех несправедливостей, которые вершит общество. Вот из нас и делают всего-навсего потребителей, способных только гнаться за мечтами о вещах.

— Папа, а мы летом поедем на море?

— Конечно! Почему нет? Буду меньше курить и не покупать непонятно чего. Махровые халаты, прикованные коврики и прочую дрянь. Без всего этого можно жить, а без моря — никак.

Жизнь состоит из потягивания чашечки чая, из болтовни с другом, из утренней прогулки, когда вы не идете куда-то, а просто гуляете, без всякой цели, без намерения, когда в любой момент вы можете повернуть назад; из приготовления пищи для любимого человека; из приготовления пищи для себя, ведь свое тело вы тоже любите; из стирки одежды, из мытья полов, из поливки сада... это маленькие вещи, очень маленькие вещи... из того, чтобы сказать «привет» незнакомцу, что совершенно необязательно, поскольку с этим незнакомцем у вас нет никаких дел.

Маки держала на коленях сумочку «Луи Вюиттон». Мой взгляд случайно упал на эту сумочку, и вдруг, в одну секунду, я осознал, почему ради «Прада» и «Шанель» девчонки-малолетки готовы практически на все. Дело в том, что обладание любой настоящей вещью — даже не обязательно фирменной, а просто достойной вещью — дарит человеку частицу счастья, уменьшает его печаль.

Он очень ревностно относится к своим вещам. Некоторые называют его жадным, но я считаю, что он просто хозяйственный.

Рождаясь, мы имеем преимущество

Пред тьмой страстей и всяческого зла.

Ведь мы в наш мир приходим без имущества,

Как говорят, «в чем мама родила»!

Живем, обарахляемся, хватаем

Шут знает что, бог ведает к чему!

Затем уходим в вековую тьму

И ничего с собой не забираем...