Санкт-Петербург

Посмотрите, посмотрите,

Вот задумался о чем-то

Незнакомец в альмавиве,

Опершись на парапет...

С Петропавловской твердыни

Бьют петровские куранты,

Вызывая из могилы

Беспокойных мертвецов!

И тотчас же возле арки,

Там, где Зимняя Канавка,

Белый призрак Белой Дамы

Белым облаком сошел. . .

Зазвенели где-то шпоры,

И по мертвому граниту

К мертвой даме на свиданье

Мчится мертвый офицер! . .

— «Герман?! «-»Лиза?..» И, тотчас же,

Оторвавшись от гранита,

Незнакомец в альмавиве

Гордый профиль повернул.

— Александр Сергеич, вы ли,

Вы ли это?... Тот, чье Имя

Я в своих стихах не смею

До конца произнести?!

Белой, мертвой странной ночью,

Наклонившись над Невою,

Вспоминает о минувшем

Странный город Петербург...

Под сенью греческаго флага,

Болтая с капитаном Костой,

Средь островов Архипелага

Мне вспомнился Елагин остров!

Тот самый сухопутный остров,

Куда без всяких виз французских,

Вас отвозил легко и просто

Любой извозчик петербургский...

И в летний день, цветами пестрый,

И в индевеющие пурги -

Цвети, цвети, Елагин остров,

Цветок в петлице Петербурга!

Белой ночью белый ландыш

Я воткну, грустя, в петлицу

И пойду за белой сказкой

В белый призрачный туман...

Посмотрите, посмотрите,

У Цепного моста кто-то

В старомодной пелерине

Неподвижно смотрит вдаль...

Господин в крылатке тихо

Про него шепнул другому:

— «Николай Васильич Гоголь -

Сочинитель «Мертвых душ»...

У Сената, сдвинув брови,

Гнет сверкающую шпагу

Незнакомец в треуголке

С пистолетом при бедре...

Отчего так странно-бледен

Незнакомец в треуголке?

Отчего сжимает петля

Золоченый воротник?..

Чу! К нему, гремя оружьем,

С двух сторон подходят двое.

Подошли: «Полковник Пестель,

Нас прислал к вам Государь»!

Белой, мертвой странной ночью,

Наклонившись над Невою,

Вспоминает о минувшем

Странный город Петербург!

И, опершись на колоннады,

Встают незыблемой чредой

Дворцов гранитные громады

Над потемневшею Невой!..

Звенят проспекты и бульвары,

И в бесконечности ночей

На влажных плитах тротуара

Дробится отсвет фонарей...

Кулебяка «Доминика»,

Пирожок из «Квисисаны»,

«Соловьевский» бутерброд...

Вот триптих немного дикий,

Вот триптих немного странный,

Так и прыгающий в рот!..

Каждый полдень, хмуря лики,

Предо мною из тумана

Трое призраков встает:

— Кулебяка «Доминика»,

Пирожок из «Квисисаны»,

«Соловьевский» бутерброд!..

Ужель в скитаниях по миpy

Вас не пронзит ни разу, вдруг,

Молниеносною рапирой

Стальное слово «Петербург»?

Ужели Пушкин, Достоевский,

Дворцов застывший плац-парад,

Нева, Мильонная и Невский

Вам ничего не говорят?

А трон Российской Клеопатры

В своем саду, и супротив

Александринскаго театра

Непоколебленный массив?

Ужель неведомы вам даже

Фасад Казанских колоннад?

Кариатиды Эрмитажа?

Взлетевший Петр, и Летний сад?

Ландо, коляски, лимузины,

Гербы, бумажники, безделки,

Брильянты, жемчуга, рубины -

К закату солнца — все на Стрелке!

Струит фонтанно в каждой даме

Аккорд герленовских флаконов,

И веет тонкими духами

От зеленеющих газонов!..

И в беспрерывном лабиринте

Гербов, камней и туалетов -

Приподымаются цилиндры,

И гордо щурятся лорнеты.

И Солнце, как эффект финальный,

Заходит с видом фатоватым

Для Петербурга специально -

Особо огненным закатом!..

В моем изгнаньи бесконечном

Я видел все, чем мир дивит:

От башни Эйфеля до вечных

Легендо-звонных пирамид!..

И вот «на ты» я с целым миром!

И, оглядевши все вокруг,

Пишу расплавленным ампиром

На диске солнца: «Петербург».

Ах, как приятно в день весенний

Урвать часок на променад

И для галантных приключений

Зайти в веселый Летний сад.

Там, средь толпы жантильно-гибкой,

Всегда храня печальный вид,

С разочарованной улыбкой

Поручик Лермонтов стоит!

Скажите мне, что может быть

Прекрасней Невской перспективы,

Когда огней вечерних нить

Начнет размеренно чертить

В тумане красные извивы?!

Скажите мне, что может быть

Прекрасней Невской перспективы?..

Скажите мне, что может быть

Прекрасней майской белой ночи,

Когда начнет Былое вить

Седых веков седую нить

И возвратить столетья хочет?!

Скажите мне, что может быть

Прекрасней майской белой ночи?..

Скажите мне, что может быть

Прекрасней дамы Петербургской,

Когда она захочет свить

Любви изысканную нить,

Рукой небрежною и узкой?!

Скажите мне, что может быть

Прекрасней дамы Петербургской?. .