правда

Сделаем вид, что говорим правду -

Зачем нам эти душные драмы, траблы?

Наши проблемы свежие, как динозавры;

Никогда такого не было, и вот — внезапно.

Самое отважное, что мы сейчас можем — это смотреть правде в глаза.

Даэйрет в палатке кусала губы и пальцы и жаждала лишь одного: НЕ ПОВЕРИТЬ. О, теперь она понимала, что чувствовал Берен, слушая Этиль. Как бы она хотела набраться его смелости, выскочить из палатки и закричать: неправда, все — неправда! Но нет — не только в смелости было дело... Берен верил себе, вот почему он был так смел. Ну, пусть бы этот эльф хоть раз сказал что-нибудь такое, что она могла бы радостно назвать ложью и на этом основании опровергнуть все. Но ведь нет. Она сама там была, она видела, как их выносили из развалин — полунагих, в каких-то обрывках ветхого тряпья, исхудавших и израненных. Они плакали и жмурились от невыносимого солнца — а ведь был закат!

Самый лучший способ обмануть обманщика, — вспомнил Берен — сказать ему правду.

Half my life's in books' written pages

Live and learn from fools and from sages

You know it's true

All the things you do come back to you...

Между людьми

бояться правды, хоть какой,

и от лица её же

то и дело прятаться нельзя,

по меньшей мере так,

чтоб низких лицемеров и льстецов

не записать в свои друзья.

Это слишком невероятно для лжи. Так глупо и нелепо не лжет никто, значит, это — правда.

— Сейчас очень важно, какое решение мы примем. Когда лживый путь самый простой, а правдивый полон опасностей, вот тогда-то мы и должны решить, кто мы.

— Я пытаюсь помочь нам выжить. Прости, если для тебя это недостаточно праведно.

— Тогда я еще не был Номом, «Мудрым», Берен. Я был просто Артафинде, которого все любят, но никто не уважает. Кроме друга Мелькора, конечно. А друг Мелькор не упускал случая напеть мне, как я умен и талантлив, и как все другие слепы, если не замечают этого.

— И ты верил?

— Кто пил бы яд, если бы он не был сладким? Конечно, я верил, тем более что большая часть этого была правдой. Самая опасная ложь — это правда, Берен.

— Я думал, ложь и правда — это разные вещи.

Лицо Финрода внезапно стало жестким, опираясь на стол, он подался вперед:

— Берен, если я скажу, что ты — головорез, нищий, невежественный дикарь, дни которого — пепел, это будет правда или ложь?