Собранье книг вне рук моих пылится,
Знакомство с ними через вас пусть состоится,
Всех книг прочесть я не успею,
О них вы мне расскажете — надежду я лелею.
Собранье книг вне рук моих пылится,
Знакомство с ними через вас пусть состоится,
Всех книг прочесть я не успею,
О них вы мне расскажете — надежду я лелею.
— Кто твой любимый автор из курса?
— Легко. Великий Гетсби.
— Это книга, а не автор.
— Великий Гетсби написал книгу о великом Гетсби. Вот это огромное эго.
Я пишу не в надежде, что меня будут издавать, я пишу в надежде, что меня будут читать. Но даже если читателей не будет, я все равно продолжу писать. Ведь вполне возможно, что мой читатель пока ещё не родился.
Наша литература не похожа на западную, в частности, на литературу Франции. О чем там пишут? Полюбил молодой человек девушку — ничего из этого не вышло. Хотел работать — тоже ничего не вышло. В результате застрелился. У нас пишут не так. Нашему автору — о чем бы он ни писал — совершенно ясно, что дело идет о величайшей переделке людей, о ломке старого мира. И, о чем бы он ни повествовал, он будет говорить именно об этом. А об этом нельзя говорить пошло...
У меня нет воображения. Я говорю это совершенно серьёзно. Я не умею выдумывать. Я должен знать всё до последней прожилки, иначе я ничего не смогу написать. На моём щите вырезан девиз: «Подлинность!» Поэтому я так медленно и мало пишу. Мне очень трудно. После каждого рассказа я старею на несколько лет. Какое там к чёрту моцартианство, веселье над рукописью и легкий бег воображения! Я где-то написал, что быстро старею от астмы, от непонятного недуга, заложенного в моё хилое тело ещё в детстве. Всё это — враньё! Когда я пишу самый маленький рассказ, то всё равно работаю над ним, как землекоп, как грабарь, которому в одиночку нужно срыть до основания Эверест. Начиная работу, я всегда думаю, что она мне не по силам. Бывает даже, что я плачу от усталости. У меня от этой работы болят все кровеносные сосуды. Судорога дергает сердце, если не выходит какая-нибудь фраза. А как часто они не выходят, эти проклятые фразы!
Впечатление от десяти изречений, действующих на ум, легче изгладить, чем впечатление от одного, подействовавшего на сердце.
Исследователи обнаружили, что при чтении мы проигрываем в уме все, что происходит в книге, а это стимулирует наши нейроны и создаёт новые нервные связи.
Чтение повышает эмпатию и влияет на благополучие.
Всегда и у всех народов литература являлась отпечатком народной жизни, выражением общественных потребностей.