кино

«Русские отымели этого Гитлера по полной!» Вы сами заявляете, что снимаете документальную историю. Вы понимаете, что в этом «отымели» — человеческие судьбы, убитые в боях или в лагерях смерти сослуживцы, погибшие от бомбы или от голода родные в тылу? Ваше «отымели» не из 45-го, оно из 20-го, где до блеватни в подворотне набухиваются на День Победы.

Ну, зачем студентам деньги? Зачем начинающему режиссеру, вот этим молодым талантам раздавать понапрасну, ну, лопнет же бюджет! Вот миллиардеру помочь государство обязано! Ведь у него сколько трат: на яхты, на дома, парк автомобилей...

Герои настигают немца и с помощью навыка красноречия: «Из машины schnelle нахер!» мародёрят тачку, чтобы на нее цепануть девчонок.

Мало кто идет смотреть кино, чтобы изменить жизнь.

— Одна из многих замечательных вещей в «Острых козырьках» — это стрижки.

— Знаешь, эта безумная стрижка была задумана как своеобразная защита от вшей и заражений. А сейчас все хипстеры такое носят.

— Значит, вши возвращаются?

Театральные представления сами собой превратились в большое кино. И когда мне предложили сняться в фильме, я ответил: «Непременно!».

Я всегда думал, что работа режиссёра очень нудная и утомительная. Ну, ты как бы являешься центром нервной системы, когда через тебя проходит слишком много информации, у тебя начинает болеть голова.

Я думаю, что обычное произведение, реалистичное и современное, идея, которая более связана с повседневностью, должна быть действительно очень особенной и интересной, чтобы заинтересовать читателя. Экзотическое кино всегда более завораживает.

На самом деле сценарий очень мало напоминает книгу с точки зрения основных идей. Я думаю, что сценарий очень сложно сравнивать с книгой в этом смысле. Сценарий всегда проще.

Я всегда забочусь о том, чтобы фильм, независимо от темы, мог заинтересовать зрителей. Конечно, вы можете снять какую-то очень художественную повесть, скажем, о вязании крючком. Но кто же купит билет на что-то подобное? Признаюсь, что всякий раз, когда мне в голову приходят идеи такого рода, я предпочитаю встать с кресла и поиграть в теннис. Уверен, что, по крайней мере, искусство от этого ничего не потеряет.