идеалы

... существа вроде Счастливчика — я говорю и о собаках, и о людях — слишком часто оказываются на воле, а их идеал — мир грязи и фекалий. Там нет места Арту и подобным ему людям, нет места разговорам о книгах, о Боге или о вселенных за пределами нашей вселенной, а единственное средство общения — истеричный лай голодных и озлобленных псов.

Вы знаете, у меня есть двоюродный брат, его зовут Ральф. Он всегда делал все лучше, чем кто бы то ни было. Думал лучше. Говорил лучше. Учился лучше. Что ни возьми — Ральф всё делал лучше других. Ральф всегда был самым лучшим. Я навсегда запомню его... Он был таким идеальным, что я иногда хотел просто убить его.

У всякой нации, во всяком искусстве можно найти свою долю лицемерия. Мир питается крупицами истины и большим количеством лжи. Немощен ум человеческий: он плохо переносит правду в чистом виде; надо, чтобы религия, мораль, политика, чтобы поэты и художники подавали ему правду в шелухе лжи. Эта ложь подделывается под дух нации: она меняет свое обличье сообразно особенностям каждой из них; именно ложь так затрудняет взаимное понимание между народами, но зато взаимное презрение возникает легко и скоро. Все дышат ею от колыбели и до могилы; она становится какой-то непременной принадлежностью жизни. И лишь немногим гениям под силу стряхнуть с себя эту ложь, героически преодолеть кризисы, которые им приходится переживать в одиночестве, в вольном мире своей мысли.

Идеалы — опасная вещь. Факты лучше. Они ранят, но они всё же лучше.