экономика

Тезис о том, что экономика определяет политику, не выдерживает ни малейшей критики. Деньги точно решают не все.

Лучше всего завалы в экономике видны сквозь дыры в бюджете.

Марксистами называют себя все те, кто на самом деле рвется к власти, выдавая эту истинную страсть за стремление к всеобщей справедливости. И пламенные революционеры, снедаемые жаждой насилия, и левацкие книжники-либералы, одержимые утопией равенства, — все они так или иначе приходят к мечте о диктатуре. Они одержимы, а значит, нетерпимы и готовы принести в жертву своим идеям абсолютно все.

Используя учение Маркса на полную катушку, ученые и реформаторы делали вид, что Маркс ничего не открыл, кроме банальностей.

Почему Россия — не Китай? Да именно потому, что не Китай! Если кто-нибудь дал бы себе труд объяснить россиянам устройство «китайского чуда», те бы взвыли: наше общественное устройство в сравнении с китайским — рай!

Хорошо, что народ не понимает, как работает наша банковская система. Иначе завтра же случилась бы революция.

Понимаете, в состоянии охренения нельзя пребывать перманентно. И потом мы уже просто достигли стадии принятия. Резервный фонд эмоций населения тоже исчерпан. Наблюдать за нашей экономикой последних лет — это как смотреть передачу о диких животных. Да, жалко зебру, но она объективно не жилец.

В рыночной экономике любая вещь имеет цену, но ничто не имеет ценности.

Все эти прогнозы, экономисты... Я очень люблю прогнозы экономистов, но они в итоге сводятся к тому: сахар дешевеет — гоним самогон, сахар дорожает — покупаем водку!

Иллюзия единства страны держалась на оболочке идеологии, которую вдалбливали старшим поколениям партийные профессора. Оболочка лопнула в 1990-х, и выяснилось, что в России на самом деле две страны!