Понимаете, в состоянии охренения нельзя пребывать перманентно. И потом мы уже просто достигли стадии принятия. Резервный фонд эмоций населения тоже исчерпан. Наблюдать за нашей экономикой последних лет — это как смотреть передачу о диких животных. Да, жалко зебру, но она объективно не жилец.
В новостях есть вечные темы. Сюжеты, к которым несчастные работники СМИ всегда возвращаются как Сизиф к своему камню. Такие сюжеты, как «Муниципальные службы оказались не готовы к снегопадам», или «Отопление не включили в назначенное время — все мёрзнут», или «Доколе в местной муниципальной больнице будут хамить старушкам?», или «Отопление включили раньше времени — всем жарко». Эти сюжеты составляют какую-то первичную материю наших новостей, некое порождение изначального хаоса, из которого потом соткалось наше новостное вещание в целом.
Это очень тонкая метафора. Удар под дых это больно, неприятно, но доказать ты ничего не сможешь, так как удар под дых не смогут зафиксировать как побои. Следов не остаётся. И ещё вопрос: от кого удар? Если от своих, так сказать, от семьи, так это сейчас вообще не преступление! И если выборы в Приморье — это удар под дых, то пенсионная реформа это, видимо, удар по яйцам.
«На неделе без аврала Сечин ходит на марала». Каждые две недели охотится на крупного зверя, а каждые полгода на министра экономического развития. Хотя считать ли его крупным зверем? Он же похудел на на четырнадцать килограмм. Вообще, в целом что-то, мне кажется, не так. Путин ловит рыбу, Сечин бьёт зверя, Медведев делает вино. Получается, это какое-то натуральное хозяйство. Вот зачем они министра экономического развития хотели посадить — чтобы он не вывел страну из этапа охоты и собирательства.
«End of story!», «No criminality». Понимаете, просто Сергей Иванов хотел быть немножко cool. «Задайте вопрос экспертам, которые скажут, что никакого отравления не было. Экспертам, которые скажут, что отравление было, вопросов не задавайте!» Однако, давайте разберём, что сказал господин Иванов: «Отравления, скорее всего, не было. End of story». Ну тогда это «скорее всего, end of story». «Probably, end of story». И что-то мне подсказывает, что это «quiet opposite», «just begining».
[Когда меня спрашивали и сейчас которые спрашивают, какой из различных вариантов мне нравится, я и тогда и сейчас могу сказать: никакой. Мне никакой не нравится, связанный с повышением возраста. И уверяю вас, и в правительстве мало таких людей, если вообще есть, которым это нравится. Владимир Путин.]
То есть, в принципе, он допускает, что вообще такие люди в правительстве могут быть. В общем, Путин говорит, пенсионная реформа — это как рыбий жир. Мне не нравится, но вам надо.
Есть один способ достроить омское метро — это провести его из Омска в Крым. Я бы посмотрел, как быстро у Путина в правах появилась бы категория машиниста поезда метро, которое он открыл ещё в 1992 году, естественно.
В 1992 году начали строить ещё и челябинский метрополитен. И по состоянию на сегодня, там тоже построена одна станция. Однако о нём на всю страну никто не трубит. На лицо разница в подходах. Метростроители-оптимисты против метростроителей-пессимистов. Метро наполовину сдано или наполовину заброшено? Как посмотреть...
Однако, и это ещё не всё. Знаете, сколько всего у нас в стране недостроенных систем метро? Ещё четыре. Красноярск, Пермь, Уфа и Ростов. Всего шесть. У шести мэров метро без станций. Может быть, это какая-то загадка древних? Может быть, под видом строительства метро у нас искали какой-то загадочный артефакт. Золото партии... или там, скоростной трамвай?
Вызывают свидетелей в качестве обвиняемых, а обвиняемые тоже свидетели. Кстати, эта же схема описывает и всё дело Сердюкова. Мне кажется, «Свидетели Иеговы» должны быть не в юрисдикции Верховного суда, а в юрисдикции Страшного суда. Верховный Страшный суд Российской Федерации запретил деятельность «Свидетелей Иеговы». Или теперь нужно говорить «Свидетели Иеговы» — запрещённая в России организация»?
Мне одному кажется, что они имеют в виду работающие пенсионеры в смысле исправные пенсионеры? А неработающих сдадут в ремонт пенсионеров? Главное, чтобы гарантийный срок не истёк.
— Простите, но мой пенсионер не работает.
— А вы пробовали выключить и снова включить?
— Боюсь, эта опция ограничена законодательством.
— Ну законодательство — это поправимо.
Кстати, звучит как девиз нашего парламента: «Законодательство — это поправимо!»
Выборы с каждым днём приближаются с неотвратимостью нового сезона сериала «След» и примерно с таким же уровнем народного к ним интереса. Но журналистам федерального телевидения нужно пытаться этот интерес как-то подогревать. Что сравнимо с процессом разогревания в микроволновке покойника.
Взятки в вино превращать, это нужно, чтобы дело вёл Иисус, а не прокуратура. Хотя, может быть, у Улюкаева такое расстройство. Думает, что деньги — это вино и наоборот. Вообще исходя из ситуации, странно, что Улюкаев читает Чехова, а не Аллена Карра. Скажем, книгу «Лёгкий способ не брать ничего у Сечина, в том числе и вино». С другой стороны, что у нас ещё делать министру экономического развития, кроме как бухать?
Cлайд с цитатой