душа

Если душа не присматривает за телом, то последнее не что иное, как опустошенная емкость — пустая бутылка.

В погоне за определённым типом внешности забывается самое главное – духовное начало. Вместо того, чтобы тратить время и силы на нечто столь эфемерное, как имидж, есть смысл заняться развитием внутреннего содержания, своего неповторимого «Я».

Тут вот у меня душа… так сказать. И некуда ее девать. Маленький, видите ли, сентиментальный такой механизм. Он все время работает и все время работает вхолостую. И нету почвы ему, на которой трудиться. Но некому сказать об этом.

Страх — болезнь, расслабляющая душу, как расслабляет тело физический недуг.

Душа — это то, что делает траву травой, дерево деревом, а человека человеком. Без нее трава — сено, дерево — дрова, а человек — труп.

Почему все мы так не спешим

Человеку добро подарить...

Для чего нам вершины души,

Если некому их покорить?

Душевный покой — тонкая материя, а где тонко, там и рвется.

Настоящий, исполинский гений без омертвения некоторых зон души созреть до конца не может.

Пришли к святому епископу Аммону братья одного монастыря и стали жаловаться на монаха, который пал так низко, что к нему ночью приходила женщина, и стали требовать от преподобного Аммона, чтобы он изгнал этого монаха, сняв с него иноческие одежды.

Епископ отказался:

– Я не поверю, пока не смогу убедиться в этом сам.

И вот монахи проследили, как блудница зашла в келью этого несчастного инока, и сообщили об этом епископу. И он сказал:

– Пойдемте вместе.

Постучались в дверь к монаху; тот, трепещущий от страха, вышел им навстречу. Епископ с братией вошли в келью. Аммон догадался, что монах спрятал свою ночную гостью под стоявшей в келье бочкой. Он сел на эту бочку и сказал монахам:

– Обыщите все углы комнаты.

Те начали искать, залезли в погреб, но никого, конечно, найти не смогли. Никто из них не посмел попросить: «Встань, Владыка, мы посмотрим под бочкой». Постояв, они сказали:

– Мы никого не нашли.

Аммон ответил им:

– Видите, как вы согрешили? Идите и кайтесь.

А сам остался с тем монахом, подошел к нему, не сказав и слова в укор, а только, взяв его за руку с любовью, шепнул ему тихо:

– Брат, брат, следи за душой своей, помни, как коротка эта жизнь, – и вышел.