Бог

Если время от времени нас соблазняет вера, то лишь потому, что она предлагает иной вид смирения: все же лучше оказаться в зависимости от Бога, нежели от человекообразного существа.

Господа я не предавал. Во мне просто угасла Вера, и тот Бог, которого я представлял себе раньше – добрый, честный, справедливый, – умер вместе с ней. Нет, конечно, я не отрицаю существования высших сил. Они есть – это безусловно. Но не нам судить о них, уж коли считать, что они нас создали. Каким бы обширным ни было наше представление об этих материях, все равно оно останется лишь домыслами и фантазиями. Есть, правда, надежда, что смерть разрешит все вопросы, однако мертвые не говорят, и их бесполезно спрашивать о загробном мире. А история умалчивает, рассказал ли Лазарь Христу о виденном им за те четыре дня, пока он был умершим. Вполне вероятно, что нечего было рассказывать, когда возвращаешься из пустоты.

... Я не мог безрассудно принять идею какого бы то ни было бога — существа, которое предписывало бы правила поведения и нормы жизни целого общества. Разве не мораль определяет поступки? А если это так, то можно ли навязать или внушить её принципы?

Бог только на то и создал женщин, чтобы укрощать мужчин.

Я увидела в нём Бога. Можно убежать от человека, но Бог всегда останется с тобой. Где он, там и я...

Если в этом мире есть Бог, то он жестокое, напыщенное и бесконечно упёртое существо. И всем своим величием это существо, называющее себя Богом, направляет нас по худшему пути. Как будто такая нам была предопределена судьба...

Когда наука бессильна — появляется Бог.

Бог даёт ей другое тело – мол, одевайся, подбирай свои сопли и уходи.

Я часто думала: правда ли то, что Бог следит за каждым нашим шагом, судит каждый поступок? Если так, то он знает наши мотивы. Но все остальное — нет. Они этого не понимают. Мотивы — для слабаков. Сложные решения — удел сильных. И выживает сильнейший. Сильным никто не нужен. Даже Бог.