— У каждого из нас есть свои демоны.
— Мой демон заправляет баром.
— Ты не любишь Хэллоуин?
— Конечно, люблю. Распутные деяния, слетевшие с катушек людишки, костюмированные оргии.
— Отлично, но мы празднуем Хэллоуин иначе.
– Значит, все слухи, за что папа послал тебя в Ад: чума, наводнение – не твоих рук дело?
– Ну...
– Да, так я и думал.
– Я была в ярости!
— Ты должна выудить пулю.
— Знаешь, я уже к ней как-то привязался, лучше я ее оставлю, спасибо.
— Если есть седативные — советую дать ему.
— Таблетки есть?
— Что?
— Жалко. [вырубает Риверса]
— Лос-Анджелес столько может предложить...
— Справа знаменитый магазин «Путч-Паутч», который продает сумочки для собачек размером с сумочку.
— Очевидно!
— Не путайте с магазином собачек в форме сумочек.
— Не спросишь о подозрительных отпечатках лап? Детектив бы спросила.
— Это следы лап Корнелии, мастифа жертвы. Где она — неизвестно.
— Понятно. Собака-убийца. Настоящие убийства тебе не доверяют, Дэниел?
— Что ж. И Оскар получает Кэндис Денница.
— Они купились?
— Да. Если даже мама не поняла. Так что спасибо, что помогла залезть в её интриганскую душу.
— Увидев необъяснимое, я ищу ответы.
— Я дал вам ответ, детектив. Я не виноват, что вы его не принимаете.
— Все это — моя вина. Зря я вообще тебя во все это впутал.
— Будто я не знала, что имею дело с самой могущественной и самой дефективной семейкой во вселенной. Люцифер, я сама во все это ввязалась, зная на что иду и решила быть тебе другом, принимая последствия.
— Значит, преступник знал жертву.
— У бывшего наркомана были скверные друзья? Я в шоке!