— Не спросишь о подозрительных отпечатках лап? Детектив бы спросила.
— Это следы лап Корнелии, мастифа жертвы. Где она — неизвестно.
— Понятно. Собака-убийца. Настоящие убийства тебе не доверяют, Дэниел?
— Не спросишь о подозрительных отпечатках лап? Детектив бы спросила.
— Это следы лап Корнелии, мастифа жертвы. Где она — неизвестно.
— Понятно. Собака-убийца. Настоящие убийства тебе не доверяют, Дэниел?
— Ты убил нашу жертву и спрятал орудие убийства в кукле.
— Это не орудие убийства. Это 380-тый, а жертву убили из 9-ти миллиметрового.
— Значит, другой пистолет он спрятал в другом месте. Вперед, осмотр простат всем куклам.
— Люцифер Деница? Это ваш сценический псевдоним?
— Имя мне ниспослал господь.
— Вы знали убийцу? Нравится играть в копов?
— Нет. Мне просто нравится играть. Но у нас была занимательная беседа перед его смертью. Я расспросил его. Он ещё не был мертв. Его душа ещё не прошла врата ада.
— Значит, вы говорили с умершим. Он её застрелил и за это бог забрал его душу. И объясните, как так получилась, что она погибла под градом пуль, а на вас ни царапины? Интересная догадка?
— Это работает иначе, детектив. У бессмертия свои плюсы.
— У бессмертия. Это пишется с двумя «С»? А то всегда забываю записать.
— Ты никогда раньше не думал, что постоянные вечеринки — это твоя попытка заполнить пустоту?
— Попытка?!.. Вчера я заполнил пять пустот!
— Можно я с вами поеду? Ну... улики собрать.
— Ясно, но если он невиновен...
— Он не невиновен.
— Если он невиновен, то никаких улик не будет, так что лучше тебе потусить здесь.
— Я понимаю, что ты хочешь сказать, но на всякий случай, лучше собрать как можно больше всего — отпечатки, пучок волос, автограф...
— Эта, так называемая уникальная программа, якобы делает из плохих детей хороших?
— В мои времена такой программой был бабулин сапог — эффективное средство.
Видимо, чувство вкуса в семье досталось мне одному. Я такой плащ в стиле «педофильский шик» носить не советую, а то ты совсем не похож на крутого ангела.
— Скучаю по Шарлотте.
— Я тоже, мисс Лопес.
— Не верится, что ее не стало. И что Пирс способен на такое. Знаю, пути господни неисповедимы и что плохое случается не просто так, но плохого так много, что у меня просто не получается найти ему причины. Зачем Он все это сделал?
— Сам не верю, что говорю, но я не верю, что это вина моего Отца. Все это время я думал, что Он дергает за ниточки, но я стал склоняться к тому, что мы сами в ответе за все. Хитро, конечно, с Его стороны. Если задуматься, кроме самих себя нам винить некого.
— Ну нахрен. Я виню Пирса.