— И что же тебе там сказали?
— Что я дура. А я и есть дура! Зато честная и работящая!
— И что же тебе там сказали?
— Что я дура. А я и есть дура! Зато честная и работящая!
Видаль выключил радио — устройство размером с небольшой метеорит.
— Аппарат стоил мне почти двести песет, а теперь выясняется, что транслируют одни глупости.
— Если вассалы твоей марионетки так носятся со своей честью, пусть отточат языки острее, чем шпаги.
— Если ты посадишь на цепь свой сарказм, им не придется этого делать.
Что за запах принес ему на сей раз его верный посланец? Запах чужой земли и темной ночи, запах земных недр и того, что схоронено в них и уже тронуто тленом? Лапы и нос пса были в чужой земле, пахнущей чем-то резким, незнакомым и пугающим. Пес, должно быть, опять рыл землю и рыл глубоко-глубоко... Нет, этого не может быть! Только не это!
— Что ты принес мне? Откуда этот отвратительный запах тлена? Ты опять нашкодил, опять рыл норы там, где рыть не положено? Ты плохой, непослушный пес. Или ты хороший, ты, должно быть, искал друзей, ведь ты любишь общество и наверняка кого-то привел с собой?
Мартин слышал шаги на лестнице. Кто-то медленно поднимался в темноте, тяжело ступая и останавливаясь, чтобы передохнуть…
Пес дрожал. На одеяло, словно мелкий дождь, сыпались крупинки чужой земли.
Пес посмотрел на дверь. С шорохом, похожим на шепот, она отворилась.
К Мартину пришли гости.
— Держи, мужичок!
— Ты уверен? Это пиво? Но мне всего десять лет!
— Хлебни!
— ...
— Как моча, да?
— Хуже!
— Вспомни об этом, когда подрастёшь!