Высокая истина глубока.
Высокая трагедия чревата фарсом.
Великая река начинается из болота.
Великая пустыня порождает иллюзии.
Высокая истина глубока.
Высокая трагедия чревата фарсом.
Великая река начинается из болота.
Великая пустыня порождает иллюзии.
Язык говорит устами поэта,
поэт внимает душе природы,
и видит и слышит судьбу планеты
в молчании своего народа.
Человеку, пишущему сочинение
на душу приходят сомнения,
так же идущие свыше,
как и то, что он пишет.
Я собираю в сноп слова,
веревкой связываю строк;
прижатые, лежат, едва
дыша и смотрят за порог.
Великая доблесть жестока.
Великая слава унижает.
Великая смелость легковесна.
Великий позор радует душу.
Все дни как дни — унылой вереницей
бегут, чуть слышными шагами шелестя,
давно прочитанной истории страницы,
пылинки Вечности, Истории пустяк.
Там горе стерлось, и тревоги давней
знакомый холод затихает, не звучит;
там Время глухо затворило ставни
и на дорогах расставляет «кирпичи».
Не верующим в Бога и судьбу
Всевышний оставляет все возможности
поверить в независимость свою.
И дует каждый во свою дуду,
и думает о личной осторожности,
и строит хату на краю.
Великое море не стеснено берегами.
Великая гора не унижена снежной шапкой.
Истинная любовь не озабочена формой.
Стремящийся к Богу не думает о последствиях.