Проба пера

Тяжесть жизни гнет вниз мою спину —

а Земля, опасаясь такого веса,

закругляется под моими ногами.

Большая вода обнажает горы.

Большой лес — пристанище диких зверей.

Великое счастье является лишь однажды.

Большая удача — всегда за чужой счет.

Пустому дню не ведомы сомненья;

подстрочник жизни — он не стал стихом;

привычными обетами влеком,

я проводил его без сожаленья.

Целое зеркало отражает лишь половину Вселенной;

разбитое сердце порою способно

вместить в себя целый мир.

Зима — лучшее время для постиженья мира.

Голые сучья и ветки являют дерев анатомию.

И, глядя на собственную физиономию

в зеркале, торжество сознаешь эфира.

Великие цели стоят за горными цепями.

Настоящая мудрость прячется за словами.

Истинное призвание владеет человеком.

Глубокая истина неизбежно влечет к себе.

На диване, на широкой кровати

очень место для приятных объятий,

только нет у меня нежной подруги,

чтобы с нею отдохнуть на досуге.

Ни кушетки, ни софы, ни дивана,

потому что, как вам это ни странно,

нет ни дома у меня, ни квартиры —

только Бог и вдохновенная лира.

Жизнь уходит, как солнце за высокую гору.

И насколько же ее тень скучнее ее самой!

Стихи должны звучать, как перезвон

колоколов высокого собора,

и мысль их должна питать, и стон,

и смех, и тишь, и даль простора.

И лишь один поэт их может оценить,

да парка, ткущая нетленных судеб нить.

Если к тебе зачем-то приходят в голову мысли,

их гони от себя скорее, покуда не привязались.

Они не твои, запомни, и думать их на досуге

не лучше, чем где-то краденое развешивать на веревке.

Тебя, вероятно, могут однажды за них уважить,

сказать: посмотрите, этот чего у себя имеет;

но только взгляни — увидишь, что ты за колючим забором

и выйти один наружу навряд ли уже сумеешь.

Проволоки эти стальные — привычки о разном думать,

шипы, что торчат в беспорядке — отдельные мысли,

сужденья;

и куда не посмотришь, свой мысленный взор не кинешь —

сразу новый кусок отменной ограды строишь.

Там, за забором, жизнь, живая, как говорится,

розы и рододендроны, а может, простая сныть;

ходят животные твари, секвойи растут, баобабы

синеют горы и реки, желтеют пески пустынь.

Но это возможно, так, а может, совсем неправда,

а пока что надежно видно то, что забора внутри:

вырезанные из серой бумаги различные изображенья

того, из чего составлен, как говорят, настоящий мир.