Фазиль Абдулович Искандер

Коммунисты, овладев Россией, всё время обрушивали все традиционные формы жизни. Даже уходя с исторической сцены, они и свободу ухитрились обрушить на наши головы.

Глубина стыда определяет высоту человеческой личности. Вот почему пастух как личность может быть выше академика.

Больше всего в женщинах ценю застенчивость. Это красиво. Основа женственности не внешность, а повышенное чувство стыда и сочувствие окружающим.

Вечная присказка российских правителей:

— Нам и так трудно, а тут ещё народ путается под ногами.

Соринка зла влетела в душу. Пытка.

И человек терзается в тиши.

И плач его — последняя попытка,

Попытка выслезить соринку из души.

Коммунисты, овладев Россией, всё время обрушивали все традиционные формы жизни. Даже уходя с исторической сцены, они и свободу ухитрились обрушить на наши головы.

Глубина стыда определяет высоту человеческой личности. Вот почему пастух как личность может быть выше академика.

Больше всего в женщинах ценю застенчивость. Это красиво. Основа женственности не внешность, а повышенное чувство стыда и сочувствие окружающим.

Тот, кто хамит здесь, где-то там холуйствует.

Гляжу я на политиков в тоске.

Все на одной на шахматной доске.

Здесь шахматы, и домино, и шашки.

По фляжке в день и никакой поблажки.

Здесь можно все. Но невозможна личность.

Здесь личность — это, вроде, неприличность.

Здесь понимается без всяких аллегорий.

Что ад и рай — тюрьма и санаторий.

Здесь нет свидетелей разбоя и дележки.

А небо? Небо — средство для бомбежки.

Здесь Юг велит водою подмываться.

А Север что? Бумажкой подтираться.

Мир от войны почти на волоске.

Переполох на шахматной доске.

Спасут, быть может, Запад и Восток:

Две крайности — наждак и кипяток.