Ты мне никто, ведь я никто себе сам -
В одном подъезде пожизненно незнакомы,
Страна глухих лесов, закрытых людей,
Где бы вдруг не оказался ты — оказался нигде.
Ты мне никто, ведь я никто себе сам -
В одном подъезде пожизненно незнакомы,
Страна глухих лесов, закрытых людей,
Где бы вдруг не оказался ты — оказался нигде.
Никто не учится моему языку,
Мне не пристало принимать каждый их лозунг,
Слушать, у кого какой нарыв наболел.
Мне не пристало сапоги с налипшим навозом
Видеть прямо на моем кофейном столе.
До чего порой звереет скука,
До чего бывает ночь тоскливой,
Но бросает меня в дрожь от стука,
Перехватывает дух брезгливость.
Замолчат, когда я начисто слягу,
Всех моих сигнализаций сирены,
И вы увидите внутри саркофага
Расцарапанные пальцами стены.
Никакого заговора, все по-настоящему,
Никто от вас не скрывает, что вы живёте в ящике.
Внутри умеренный климат, вкусная еда,
Жизнь внутри, будто другой и не было никогда.
Ваши сердца горячие, и не остыть им,
Внутри ящика друзья, любовь, череда открытий.
Простое житейское счастье внушительной длины,
И только со смертью поймёте, чего были лишены.
Нет того, чтобы враг забрал, враг устроил из благ завал,
Получил сатанинский бал из детей нулевых.
Среди раскатов фанфар и толпы сквозь барабанные трубы.
Среди разного сорта правителей, среди пафосных выкриков в рупор,
Среди хаоса, давки в метро, всех новостей, передач, телешоу.
Ощущая себя глубоко одиноким, я хлопнул дверью и ушёл.
В кольце из будней пахотных и выходных плясок по-настоящему счастливо бездушное мясо.
Ты видел эту жизнь, и вроде бы не на что сетовать,
Не потому ли, что не видишь мира, кроме этого.