Иметь веру — это почти то же самое, что иметь крылья.
Когда кто-то в мире произносит «я не верю, что феи есть», где-то умирает чья-нибудь фея.
Иметь веру — это почти то же самое, что иметь крылья.
Когда кто-то в мире произносит «я не верю, что феи есть», где-то умирает чья-нибудь фея.
Вы просто подумайте о чем-нибудь хорошем, ваши мысли сделают вас легкими и вы взлетите.
Они оставались в неведении. Может, так было и лучше. Они прожили, по крайней мере, еще один счастливый час.
... Мужество его просто ужасало.
— Чего ты сейчас хочешь, — спросил он небрежно Джона, — приключений или чаю?
Когда родился первый ребёнок на свете, и он первый раз засмеялся, то его смех рассыпался на тысячу мелких кусочков и из каждого появилось по фее.
— А почему ты теперь не летаешь, мама?
— Потому что я выросла, милая. Взрослые летать не умеют.
— Почему?
— Потому что летать может только тот, кто весел, бесхитростен и бессердечен. А взрослые уже не такие.
Если она ничего не имела против разлуки, то он собирался показать ей, что тоже не возражает. Но он, конечно, очень даже возражал.
Все зорко глядят вперёд, и ни один не понимает, что опасность может подкрасться сзади.
Но он говорил «проценты растут» или «акции падают» — с таким видом, что всякий бы его зауважал.