Однажды в Латвии проезжал утром на поезде между двумя небольшими городками. Кажется, это была даже одноколейка. И вдруг, из окна купе увидел на краю леса группку малышей из детского сада, они стояли с воспитательницей на полянке заснеженного соснового леса и махали нашему поезду.
Они ждали этого редкого момента, который случается, вероятно, два раза в день, и специально пришли посмотреть на поезд и пожелать счастливого пути. До сих пор их помню, и как мне стало не одиноко в холодном купе.
Если совет дает настоящий профессионал — врач, учитель, опытный человек, — стоит внимательно выслушать, записать и постараться следовать. Многие не понимают, что им, в ненавязчивой форме, дарят несколько лет жизни.
Почему-то мужчина должен просверлить дырку, вкрутить лампочку, вбить гвоздь, а женщина — вставить в трусы резинку и сварить борщ; это отголоски деревенской культуры. Инструментальный подход: мужик как топор, баба как мотыга — пока выполняется функция, жить можно. Таков атавизм жесткого закона выживания в недружественной среде с градом, засухой и неурожаем, уже не актуальный в городской культуре.
Быть хранителем и носителем.
Каждому человеку в жизни дается нечто на хранение — от вещей высоких до самых обыденных. Пока человек хранит это и делится с другими, его жизнь на земле имеет серьезное основание. Это может быть рецепт соуса, записанный в самаркандской чайхоне, простой комплекс утренней зарядки, показанный в пионерском лагере. «Всю жизнь рассказывала людям, как вылечить пробку в ухе». Каждого человека Бог к чему-то приставил. Однажды мы начинаем считать это дело несущественным и теряем связанность с удивительным миром вокруг нас. Происходящее с нами нужно хранить. Это не наше, это Бог дает. Если мы небрежны, давать перестают, потому что канал перестал работать. Если умеешь хранить любовь, ее тебе посылают. Так со всем. С идеями, состояниями. Нужно быть надежным.
Человек часто принимает глобальное решение быть правильным, хорошим, вести здоровый образ жизни, но на деле этого не получается. Мы в течение дня совершаем тысячу микровыборов, принимаем тысячу мелких решений, и если они негативные и разрушительные, глобальная правильная концепция, которой мы успокаиваем себя и окружающих, становится иллюзией.
Творец имеет право на ошибку, а исполнитель нет. Поэтому нужно творить и не бояться.
Сильному человеку не стоит сравнивать себя со слабым. В журавлиной стае первые, самые сильные в клину создают турбулентность так, что слабые, находящиеся в конце стаи, тратят сил на четверть меньше, нежели летящие первыми. Но не стоит забывать, что сильные не несут слабых у себя на спине, те тоже должны махать крыльями.
Заметил, что сангвиники как правило успешно что-то делают, только если заинтересованы. Поэтому для них важно научиться управлять собственным интересом, чтобы успешно действовать. Через ответственность или обязанности такой человек обычно действует неэффективно.
Человек, который вмешивается в «шахматную» партию, происходящую между двумя людьми, давая советы и оценивая ходы то одного, то другого игрока, при этом играть не умеющий — равно как ни на что не влияющий. Последствия такого участия обычно разрушительны и переводят ситуацию из сферы умственной и практической в эмоциональную.
Мы часто ингибируем (останавливаем) друг друга от совершения каких-либо дел. Человек говорит: «Хочу завтра начать бегать по утрам». А мы ему: «Давай лучше вечером, и тебе еще нужно купить водонепроницаемые кроссовки и лучше не бегать, а ходить!» Мы внесли свои «семь копеек» и развалили человеку мотивацию. Завтра он будет спать до двенадцати. Причем мы вроде бы совершили хорошее дело —поучаствовали в начинании. Внутренние процессы, они вегетативные, в этом случае все, что от нас требуется, — давать тепло, не закрывать от света и поливать.
Cлайд с цитатой