Теперь, когда осталось всего несколько минут до твоего последнего вздоха, я могу ответить на твой вопрос более четко. Всё, что я чувствую сейчас, это сожаление. Потому что… величайшая из воинов, которых я встречала, пала от руки негодяя, ничтожества, такой подлой и гнусной скотины, как ты! Этого она не заслужила.
С сожалением подумал о том, что горячая ярость куда предпочтительнее. Но он не умел вспыхивать огненным гневом, его злость и ненависть всегда оставались холодными, промораживающими насквозь, делающими мир кристально четким, а дорогу к мести — безусловно ясной. Иногда эта ясность резала душу ледяными осколками.
Лучехвост оцепенел, потрясённый силой ненависти Землероя. В ней не было и следа хладнокровной рассудочности. Он не планировал своё отмщение, не вынашивал мысль о расплате, но в пылу битвы его ненависть вспыхнула, как сухой вереск от удара молнии. И Землерой, как истинный воин, искал отмщения в битве, а не дожидался случая напасть на врага исподтишка.
В детстве ненависть к ним была столь огромна, что я мечтал их уничтожить. Но сейчас нет ни ненависти, ни сожаления.
И вот, наконец, заветная цель — мы взяли демона. Он был заперт в нашем отце, и нам оставалось только прикончить его на месте. Мы должны были завершить священную войну всей нашей жизни.
Но мы не смогли этого сделать, потому что вместе с демоном умер бы и наш отец.
Вот и вся история о том, как мы отпустили демона, планировавшего стереть весь род людской с лица земли. Потому что есть вещи, которые важнее всего на свете. Для нас – это семья.
Если посчитать все часы, что ты мог провести с матерью и не провел, они выльются в целую жизнь.
— Халдрид, я могу его убить? — поинтересовался принц у Карающего, кивнув на Суслика. — Жизнь за жизнь и все такое?
— Это талион. Кровная месть. Я не могу разрешить, — покачал головой северянин. — Тем более что и так ты изначально был мертв. Прости, парень, тебе придется тешить себя тем, что ты едва не довел его до инфаркта.
Эльф вздохнул не без раздражения:
— Между прочим, это было довольно больно. И убийство он все-таки замышлял.
— Нет! — рявкнул Карающий.
Эльдан смиренно кивнул, и тут же переключил внимание на другого.
— А его? — махнул он рукой в сторону ректора.
— Нет! — возмутился уже Муарр.
На лице принца отразилась обида на старших магов. Кажется, он был возмущен.
— Ну хоть понадкусывать?
Присутствующие онемели. Халдрид сумел открыть рот первым:
— А это еще зачем?
— Как приличная нежить я должен если и не сожрать, так точно понадкусывать, — с самой серьезной миной пояснил общественности Эльдан.
Я не мстительная, но мой папа бизнесмен учил: можно простить долги, но нельзя простить покушение, потому что в следующий раз его доведут до конца.
Cлайд с цитатой