Задета не моя гордость, Росс. А моя гордость за тебя.
— Одно плохое дело не перевешивает многих хороших. Всё сбалансировано.
— Ты в это веришь? Не удивлён, что Росс тебя любит.
Задета не моя гордость, Росс. А моя гордость за тебя.
— Одно плохое дело не перевешивает многих хороших. Всё сбалансировано.
— Ты в это веришь? Не удивлён, что Росс тебя любит.
— Я боюсь.
— Чего?
— Потерять тебя. Что ты уйдешь из моей жизни. Мысли, что наступит время, когда я больше не услышу твой голос, а ты мой.
— Я не отрицаю, что любил её. Задолго до нашей встречи она была моей первой, идеальной, недостижимой любовью.
— Поскольку я тупая, неидеальная простушка.
— Не простушка, но да — неидеальная. Человечная. Настоящая. И та ночь с Элизабет показала мне, и видит Бог, можно было и по-другому осознать, но моя гордыня и глупость не позволяла. Могу сказать одно: после той ночи, из-за неё, я понял, что если взять идеальную любовь и с низвести до неидеальной, то неидеальная окажется лучше. Моя истинная, настоящая и неослабевающая любовь — не она. Это ты.
— Не думала, что доживу до этого дня.
— Что я попаду в тюрьму?
— Что ты изобразишь раскаяние, чтобы избежать этого.
— Полярная не самая яркая звезда в небесах.
— А какая же?
— Сириус, собачья звезда. Вполне подходит... Ведь свою звезду я нашел в бою за собаку.
Ты не можешь бороться со всем миром. В твоих силах улучшить только маленький его уголок.
— Милая вещица.
— О, это просто маленькая безделица, я решила сделать для дочери. Она не из золота, не из серебра и даже не из меди, ничего ценного.
— Она сделана из более ценного материала — из материнской любви.
— Господи, как ты меня бесишь, Росс. Обязательно попадаться на приманку Джорджа?
— Почему ты мне не помешала?
— Я что, сторож своему мужу?
— Это твоя задача, разве нет – быть лучшей частью меня.