Опасное занятие выходить из своей двери, ты ступаешь на дорогу и если не придержишь ноги, то неизвестно куда придешь.
На свете всего одна Дорога, она как большая река: истоки её у каждой двери и любая тропка — её проток.
Опасное занятие выходить из своей двери, ты ступаешь на дорогу и если не придержишь ноги, то неизвестно куда придешь.
На свете всего одна Дорога, она как большая река: истоки её у каждой двери и любая тропка — её проток.
– Ну а пир... я теперь не очень-то часто хожу на пиры. У меня и без пиров есть чем заняться.
– Что же ты делал?
– А сидел, думал. Я этим частенько занимаюсь.
Не знаю, как вам объяснить, но после этой ночи я другой стал. Я словно вперед вижу, если можно так выразиться. Я знаю, что дорога перед нами длинная и ведет она во тьму, но я не могу повернуть назад. Я уже не ради эльфов иду, и не ради драконов, и не чтобы горы посмотреть. На самом деле я не знаю, чего хочу, но я должен что-то совершить прежде, чем все это кончится, и это что-то меня ждет не в Шире, а там, впереди. Мне надо пройти этот путь до конца – понимаете?
Позарастают беды быльем,
Вспыхнет клинок снова
И Короля назовут королем
В честь короля иного...
– Разве это единственная дорога? – спросил он.
– А какую бы предпочел ты? – обернулся к нему Арагорн.
– Прямую, всем понятную, даже если она утыкана мечами!
Сижу напротив камелька
И думаю о том,
Как летом крылья мотылька
Играли над цветком.
Как листья осени неслись
Докучливой порой,
Как паутинки на висках
Считали возраст мой.
Я на огонь гляжу. С теплом
Проснётся мир чудес.
И за зимой придёт весна,
Но я не буду здесь.
Я не увижу красоты,
Что каждый год нова.
Ведь каждый год трава растёт,
Но разная трава!
Рисует пламя камелька
Героев давних лет
И тех, кто мир увидит наш,
Придя за нами вслед.
О временах, что были «до»,
Я думаю, скорбя.
Навеки смолкшие шаги
За дверью слышу я.
Зову я прошлое назад.
И в памяти моей
Звучат, как прежде, голоса
Вернувшихся друзей.
Впервые слышу от тебя не только дельный, но и приятный совет. Даже опасаюсь: поскольку все твои неприятные советы неизменно были к добру, то не к худу ли приятный?
Я даже конец успел придумать: «И жил он счастливо до конца дней своих». Это хорошая концовка. Ничего страшного, что она затерлась от частого употребления!
Неужели у Приключения не бывает конца? Эх, видно, не бывает. Кому-то всегда приходится продолжать историю дальше.