— А, Груви… Слышали новость? Я женюсь!
Он произнес эти слова таким тоном, что любому дураку становилось ясно: поздравления принимаются только в виде соболезнований.
— А, Груви… Слышали новость? Я женюсь!
Он произнес эти слова таким тоном, что любому дураку становилось ясно: поздравления принимаются только в виде соболезнований.
Пойди пойми этих женщин. Готов на коленях перед ними ползать — плохо, им не нужен муж-тряпка, чуть проявишь немного гордости и вспомнишь о самоуважении — так ты бесчувственный чурбан, что еще хуже. Как же вам угодить-то?
— «Умри, но сделай?» — вспомнил Анджелин старую формулу. — Для вас, некромантов, смерть явно не является уважительной причиной…
— Проходите, Згаш! — Широкая длань сделала приглашающий жест. — Располагайтесь, будьте как дома…
— Но не забывайте, что вы в гостях, — припомнилось окончание известной поговорки.
— Ты что тут забыл? — Он смотрел исподлобья.
— Я по делу.
— По какому?
— Тут Смерть только что была.
— Ну.
— Смерть — и без меня! Улавливаете?
— Нет. — Попытка пошутить не была замечена. — Шел бы ты отсюда, пока цел, а то…
— А то что? Лекарствами накормите?
— А то… а то… — Он напряг мозги. — А то у меня больные пропадают, вот что!
— А я-то тут при чем?
— А при том! Знаем мы вашего брата. Чуть отвернешься, так и норовят всю работу испортить.
— То есть узнать у трупа, отчего он умер? Ну это всем известно: у нас от чего лечат, от того и умирают!
Ради любви люди идут на преступление, на нарушение обычаев и традиций, идут на подвиги и плаху, бросают вызов богам и королям.
— Я сделал Донне предложение.
— Поздравляю!
— Рано поздравлять... Она сказала, что подумает.
— Все женщины такие. Даже в самые счастливые моменты треплют нам душу.
— Вы опоздали на тридцать минут.
— Да.
— Позволили бы вы себе такое опоздание, скажем, на свадьбу или похороны?
— Нет.
— Почему же нет, поясните, будьте любезны?
— Ну, если бы это были мои похороны, я бы просто обязан был находиться на месте. Если же это была моя свадьба, то можно считать ее моими похоронами.
Тридцать лет назад в этот же день мы с Мэй поженились. Мы сказали «согласны»... и с тех пор не были в согласии ни в чем. Но я рад, что женат на тебе, потому что все могло быть и хуже. К тому же — я люблю тебя.