Все мужчины подлецы, и я счастлива, что могу не только ненавидеть их; теперь я их презираю.
Сознание права дает силу.
Все мужчины подлецы, и я счастлива, что могу не только ненавидеть их; теперь я их презираю.
Черт возьми, не выводите из моих слов ничего другого, кроме того, что я в них вкладываю, и не придавайте им такого значения, какого у них нет!
Да, я знаю, — отвечал Франц, — человеческое правосудие — плохой утешитель; оно может пролить кровь за кровь и только; не следует требовать от него большего, чем оно может дать.
Замечали ли вы когда-нибудь, какими яркими красками наделяет наш эгоизм всё, что нам принадлежит?
— ... однако ж все-таки человек, и притом, кажется, не злой.
— Нет, не злой, но я слышал, что он честолюбив, а это почти одно и то же.
Если бы мужчины знали, чего можно добиться единственной слезой, они были бы больше любимы, а мы бы не так их разоряли.
Не страх удержал Мерседес от самоубийства, — она нашла утешение в религии, и это спасло её.