И к дьяволу можно привыкнуть, если приятна его компания.
Так или иначе ведьма для нас всегда — женщина; а дьявол всегда — мужчина.
И к дьяволу можно привыкнуть, если приятна его компания.
– Бунт очевидцев – одна из шестидесяти шести печатей.
– Догадываюсь, что не бродвейское шоу.
– Лилит взламывает эти печати. Представь, что печати – это замки на дверях.
– Откроешь последнюю и…
– Люцифер выйдет на свободу.
– Люцифер?
[кивает]
– Люцифер – это сказочка для демонов в их воскресной школе. Его в помине нет.
– Три дня назад ты думал, что ангелов тоже нет. Зачем, по-твоему, мы живём среди людей спустя два тысячелетия?
– Чтобы не впустить Люцифера?
– Именно за этим.
Если мужик притворяется дураком, то и обмануть он сможет лишь дурака. Но прикинься Дьяволом, и тебе поверят все.
Если Бог награждает нас за добрые дела, тогда, возможно, сатана награждает за дурные.
Сначала компании стараются быть закрытыми, но со временем всегда получается, что они могут быть более успешными, если станут открытыми.
— Люцифер, по поводу того, что я видела...
— У меня были тысячелетия, чтобы смириться с этим. Со своей... дьявольской стороной. Но не в ней моя суть. Я надеюсь на это. Все равно, несправедливо было бы ожидать, что ты просто примешь это. Сам не знаю, когда смогу. Если смогу.
— Люцифер, я хотела сказать, что сегодня я увидела своего напарника.
— Правда?
— Правда.
— Ну тогда, проблема решена, детектив. Если ты меня принимаешь — это все, что имеет значение.
Глядя на её невинный сон, кто мог бы сказать, что Богу принадлежит лишь половина этого прекрасного лица, другая же половина — Сатане?