Ты ругаешь дождь, лужи на асфальте,
Ты стоишь и ждешь, и намокло платье.
Друг твой не пришел, друг твой самый лучший,
Как не хорошо, да и на небе тучи.
Да и на небе тучи, а тучи, тучи,
А тучи, как люди, как люди они одиноки.
Но все-таки тучи не так жестоки,
Да и на небе тучи.
Друг твой не пришел, вечер не сложился,
Просто не пришел и не извинился.
Зря ругаешь дождь, зря его ругаешь,
Ты стоишь и ждешь, а зачем — не знаешь.
Где ложь, где правда — не пойму,
В кого же верить и чему?..
В висках стучит, душа болит...
А сердце? Нет... оно молчит...
Молчит и ждёт, как лес дождя,
Из жизни, будто уходя,
Устало замерло и ждёт...
А жизнь бежит, а жизнь течёт,
Всё меньше оставляя мне
Надежд о будущей весне,
О счастье, дышащем теплом,
Любовью, светом и добром...
Да и кто же принадлежит друг другу? И что такое вообще принадлежать друг другу? В этом слове нет ничего, кроме жалкой, безнадежной иллюзии честного бюргера!
После Гоголя, Некрасова и Щедрина совершенно невозможен никакой энтузиазм в России. Мог быть только энтузиазм к разрушению России. Да, если вы станете, захлёбываясь в восторге, цитировать на каждом шагу гнусные типы и прибауточки Щедрина и ругать каждого служащего человека на Руси, в родине, — да и всей ей предрекать провал и проклятие на каждом месте и в каждом часе, то вас тогда назовут «идеалистом-писателем», который пишет «кровью сердца и соком нервов»... Что делать в этом бедламе, как не... скрестив руки — смотреть и ждать.
Не знаю, какой диагноз ставят врачи человеку, который не мерзнет тогда, когда должен мерзнуть.
Что первично — желание умереть или безумие? То, что я жива — это безумие, то, что я не хочу жить — это нормально.
Cлайд с цитатой