Эльфы отказываются признать, что мир изменился. Они не могут победить, но всё-таки сражаются. Это печальная попытка отчаянно остановить эволюцию.
Все легенды прекрасны. Особенно у эльфов. В реальности всё гораздо хуже.
Эльфы отказываются признать, что мир изменился. Они не могут победить, но всё-таки сражаются. Это печальная попытка отчаянно остановить эволюцию.
— ... Писание учит нас, что лишь милосердие усмиряет зло.
— Даже если милосердие сцепится со злом и выйдет из схватки победителем, оно так перемажется кровью и грязью, что само себя не узнает. Таким страшным будет казаться, что от него будут шарахаться люди. И тогда оно тоже озлобится.
Несчастье пришло в строгом соответствии с извечной природой несчастий и стервятников – оно висело над ними какое-то время, но выжидало соответствующего момента.
Человечество тоже исчезнет. Но, в отличие от эльфов, мы после себя мало что оставим в этом мире.
Ведьмаки существуют для того, чтобы убивать чудовищ. Как я могу это делать, если настоящие чудовища, по сравнению с которыми даже дракон выглядит невинным щенком, бродят по миру, скрываясь за идеалами, верой или законом?
Something lately drives me crazy
Has to do with how you make me
Struggle to get your attention
— Миледи, ваши глаза как звёзды, сверкающие в ночном небе!
— Далекие и холодные? Слабовато, ведьмак.
Я не похож на покойного брата, султана Османа. И не похож на моего дядю, султана Мустафу. Если вы хотите свергнуть меня – знайте! Я буду сражаться!