— Ты и цвет волос хочешь вернуть?
— Я не знаю. Тебе не кажется, что блондинкой быть веселее?
— Ты и цвет волос хочешь вернуть?
— Я не знаю. Тебе не кажется, что блондинкой быть веселее?
— Ты знаешь, что тоже можешь погибнуть...
— Не беспокойся. Никто не будет плакать на моей могиле.
— Место, где не будет боли. Ни голода, ни болезней, ни старости. Не будет ни жадности, ни войн, и все будут жить по милости Божьей.
— Ни этого, ни того, ничего. Рай для кастрированных овец, наверное. Звучит довольно скучно.
— Ты напомнила мне моего сына.
— Но ты ведь говорил, что никто не будет плакать по тебе.
— Мёртвые не плачут.
Оголодавших за выходные гаишников на кольцевой было натыкано немерено, но перекрашенный фольксваген выглядел до того убого, что ни у одного милиционера на него палка не поднялась. Хотя у них и повода не было: так аккуратно я не водила машину даже на экзамене в ГАИ. За что была вознаграждена матерным бибиканьем обгоняющих нас машин. Когда водители замечали за рулем блондинку, раздражение на их лицах сменялось неподдельным сочувствием — причем в адрес Сани.
Что ж, это была передача ВечерВечер. Свое мнение оставляйте под хэштегом #Яничтожествомоемнениеникомунеинтересно. До скорой встречи.