— Шо, прямо сейчас?
— Да, голубчик. [даёт ему пятирублёвую ассигнацию]
— А что ж такая спешка, коль матушка ваша вне опасности?
— Дочка целый день проплакала, она без бабушки жить не может.
— Извините...
— За что?
— За пять рублей я в это поверить не могу.
— Почему ты не остался там на ночь?
— Где?
— Там, где ты был!
— Где я, по-твоему, был?
— Иван, прекрати! Я не такая дура, как ты думаешь!
— Я так не думаю...
— Нет, ты так думаешь! И ты делаешь правильно, потому что я бы на твоём месте думала бы точно так же!
— Тема весьма деликатная.
— Я не понимаю вас, господин Путилин.
— Видите ли, я никогда не подвергал сомнению право женщины свободно распоряжаться своими чувствами, однако я не одобряю наших русских красавиц, которые отдают свои сердца иностранным подданным. Мне это напоминает беспошлинный вывоз драгоценностей за границу.
— Нонночка, часы переводили четыре месяца назад!
— Вот я тогда и не перевела...
— Ну... Можешь уже и не переводить, что зря-то дорогие часы просто так переводить...
Ну да, трусоват, но зато у меня есть масса других достоинств! Ну я хитёр, прекрасный демагог, вот могу устроиться с удобствами...
Нет, я не умер. Просто не вёл твиттер какое-то время. Обнаружил эту странную штуку под названием «жизнь» и пытался «жить». Не советую.
Его смех звучал так, будто школьную доску протащили по миллиону торчащих отрубленных пальцев, которые скребли её ногтями.
— От меня никто не уходил!
— Как говорил вожатый Кевин: «Всё бывает в первый раз, сынок».
Cлайд с цитатой