Франц Вертфоллен

Другие цитаты по теме

Шёл человек по дороге в большой город. Смотрит — фургон стоит.

— Не подвезешь ли меня? — спросил он кучера.

— Подвезу, — ответил тот, — да только за деньги.

На том и сошлись. Забрался человек в фургон, и кучер погнал лошадей. Только отъехали, как заметил кучер на поле стог пшеницы. Решил он стащить охапку-другую, но опасаясь, что кто-нибудь увидит, сказал человеку:

— Пойду возьму пшеницы, а ты гляди по сторонам; если кто увидит, подай мне знак.

Выслушал его человек и ничего не сказал. Побежал кучер к стогу, схватил большую охапку и бегом назад. А человек ему знак подаёт: мол, кто-то увидел. Кучер в испуге бросил пшеницу, вскочил на козлы и давай лошадей нахлестывать.

Отъехав от поля, оглянулся он — вокруг ни души.

— Ты обманул меня, — напустился он на человека. — Кто видел, что я пшеницу взял?

— Бог видел, — ответил человек, указывая на небо. — Он всё видит, ничто не укроется от Него.

Кто подымает руку на высшее воплощение подобия божия на этой земле, тот восстает на всеблагого творца всех чудес на земле, тот тем самым содействует изгнанию нашему из рая.

Если мы перестанем замечать красоту и радость мира, то тем самым плюнем в лицо Богу.

Он поразил меня, сказав, что не знает, есть Бог или нет, да это и не важно. Что ж, говорит, если Бога нет, то человеку и свинствовать можно? Не дети же мы, чтоб вести себя пристойно только в присутствии взрослых.

Вы – это ваш подход к жизни. Вы – это те намерения, из которых вы действуете. Вы – это ваша картина мира, это ваше восприятие мира.

Вы – это те выборы, которые вы делаете. Каждый маленький выбор формирует ваш подход к жизни. И вот это всё и только это и есть вы.

«Простите, что такой личный вопрос: а почему вы верите?»

По двум причинам, довольно сложным.

Первая, более ранняя: мир без Бога — это храм без купола; он не достроен, не закончен, остаётся слишком много вопросов. Это как восемнадцатый верблюд. Вот восемнадцатого верблюда не видно. Вы знаете все эту задачку, да?

У отца три сына. Он завещает старшему половину всех своих верблюдов, среднему — треть, а младшему — девятую часть. А 17 верблюдов у него, и это не делится, ни на 2, ни на 3, ни на 9. Мимо едет всадник на своём верблюде и говорит: «Что вы мучаетесь, молодые люди? Я вам отдам своего верблюда, у вас будет 18 — и всё поделится». Он им отдал — и всё поделилось. Всадник сел на своего верблюда и уехал. А как же, а где же, а почему? А потому что остался этот восемнадцатый верблюд. Один получил 9, второй — 6, третий — 2, девятую часть. А этот уехал на своём верблюде.

Бог — это то, что нужно, это допущение, которое необходимо. Без него не делится, для меня во всяком случае (вы же меня спросили). Для меня без него этот мир, как храм без купола, всё бессмысленно без него.

Второе относится к довольно глубоким фазам рефлексии...

— Ты совершила глупость, Хадасса. Тебе нужно было сделать все для того, чтобы спасти себе жизнь. — Точно также поступил сам Атрет и бесчисленное множество других людей до него.

— Ради того, что я никогда не смогу потерять, я расстаюсь с тем, что все равно не смогу сохранить.

Когда Бог создал женщин, ему стало жаль мужчин, и в утешение им он создал табак.