Эта осень расставила все по местам
и застыла на веки веков.
Потому что кончается век-Мандельштам
и является время волков.
Если все волкодавы сидят на цепи,
ожидая бесплатных костей,
я не чую дыханье сибирской зимы
и не жду вороненых гостей.
Только месяц в распахнутом небе страны
золотыми ушами прядет.
Мы давно и настолько уже не нужны,
что за нами никто не придет.
Золотой лихорадкой осень нас лихорадит,
Под дожди выгоняет нас из теплых квартир,
Все мы что-то должны, кто — неправде, кто — правде,
Все мы что-то должны потерять и найти.
Я подхожу к окну: в опустошенье
Деревья, море, небо и поля.
Опустошенным кажется движенье
И проплывающего корабля.
Все пустота. Такое положенье
Дано тебе, осенняя земля.
Я подхожу к душе своей, — и тоже
Там пусто все: желанья и мечты!
Как это все на юность не похоже,
И сам себе признать боишься ты!
Осень — это когда животные ищут пищу, чтобы растолстеть на зиму, а для людей — это время, когда они ищут кого-нибудь, чтобы спать вместе в холодную ночь.
Утром встаешь — морок и тьма
криво висят в окне.
Это не мир сходит с ума -
ум изменяет мне:
мозг не включается, мысли сбоят,
жизнь цедит в ухо утренний яд
и достает вполне.
Все это так знакомо -
азарт работы, радость узнаванья
и нежность дружбы, вдохновенье весен
и злых страстей земных повадка лисья...
Все было. Все прошло.
Осталась осень.
Отлетают от родины птицы -
Ждёт и манит их чуждая даль...
Загляну-ка в родную теплицу,
Соберу там последнюю дань.
Пригорюнилась старая дача,
Но по-прежнему служит земля...
Ветер сиверко стонет и плачет,
Несусветные беды суля.
Снег идет неслышно, по-кошачьи,
хлопьями, как лапами шурша
там, где зачарованный, дрожащий
синий ельник стынет, не дыша,
там, где между небом и землею
нет границ и обнажилось дно,
снегом, словно белою золою,
прошлое уже погребено.
Люди всё то, что считается честным,
Жаждут принизить насмешкою злой,
Мысли высокой понять не умея.
(Часто у нас над прекрасным и честным
Люди смеются насмешкою злой,
Думы высокой понять не умея.)
Встречаются люди, которые, вместо того чтобы активно действовать, начинают вам объяснять, почему они ничего не делают. «Люди свистка» – так называет подобных индивидуумов Олег. Очень меткое замечание: сплошной свист и никакой пользы.
Душа у русских, как известно, широка и глубока, поэтому, когда она изливается, затопляет все живое и неживое.
Cлайд с цитатой