Ничего не признаю, кроме материи. В физике, химии и биологии я вижу одну механику. Весь космос только бесконечный и сложный механизм. Сложность его так велика, что граничит с произволом, неожиданностью и случайностью, она даёт иллюзию свободной воли сознательных существ.
Нет бога-творца, но есть космос, производящий солнца, планеты и живых существ: нет всемогущего бога, но есть Вселенная, которая распоряжается судьбой всех небесных тел и их жителей.
Герои и смельчаки проложат первые воздушные тропы трасс: Земля — орбита Луны, Земля — орбита Марса и еще далее: Москва — Луна, Калуга — Марс.
Илон Макс представил свой многоразовый корабль, рассчитанный на сто человек. То есть одновременно в космос могут полететь сто человек, а глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин прокомментировал презентацию Space Ship и сказал, что он «не впечатлен». Мол, неинтересно. Дословно: «Смотрел презентацию, не впечатляет». Ну, конечно же, не впечатлило! Поскольку чем вообще Илон Макс может впечатлить господина Рогозина? Создал какую-то многофункциональную ракету... Сопляк, щенок! Вот если бы Илон Макс мог для каждого запуска брать у государства огромные миллиарды, а запуски при этом не совершать, то господин Рогозин его бы, конечно, похвалил. А если бы он ещё взял деньги на строительство космодрома и, разумеется, ничего бы не построил, тогда бы господин Рогозин сказал: «Вот, Илон молодец! С него нужно брать пример!»
Наши космонавты получают за полет двадцать – тридцать тысяч долларов. А американские – двести или триста. И наши сказали: не будем летать к тридцати штукам баксов, а тоже хотим летать к тремстам. Что это значит? А это значит, что летят они на самом деле не к мерцающим точкам неведомых звезд, а к конкретным суммам в твердой валюте. Это и есть природа космоса. А нелинейность пространства и времени заключена в том, что мы и американцы сжигаем одинаковое количество топлива и пролетаем одинаковое количество километров, чтобы добраться до совершенно разных сумм денег. И в этом одна из главных тайн Вселенной…
Я прошу ответь мне на один вопрос, прошу:
«Жить, чтоб была память или скоротечно?
Искусство в одном миге или всё же в бесконечности?»
Необходимо соблюдать осторожность, когда описываешь завершенную конструкцию, но нет нужды беспокоиться тому, кто отважился завести речь о бесконечности: любое высказывание о ней будет совершенно бессмысленным и пугающе точным одновременно — в силу своеобразной природы объекта исследования.
Существует потенциальная опасность привнесения болезнетворных организмов в существующую земную экологическую структуру. По нашему мнению, полностью удовлетворительной стерилизации космических зондов и пилотируемых аппаратов, возвращаемых на Землю, достичь невозможно. Считаем необходимым безотлагательно создать научный комплекс, способный бороться с внеземными формами жизни, если таковые будут случайно превнесены на Землю.
Он падал быстро, как пуля, как камень, как железная гиря, от всего отрешившийся, окончательно отрешившийся. Ни грусти, ни радости в душе, ничего, только желание сделать доброе дело теперь, когда всему конец, доброе дело, о котором он один будет знать.
«Когда я войду в атмосферу, — подумал Холлис, — то сгорю, как метеор».
— Хотел бы я знать, — сказал он, — кто-нибудь увидит меня?
Было время, когда я знал всё небо наизусть. Каждый спутник. Каждое созвездие. Каждый сувенир, оставленный на орбите космонавтами. Каждый обломок ракеты, запущенной в 60-е. В детстве я смотрел в небо и видел будущее. Оно принадлежало мне.
Cлайд с цитатой