Деньги — всего лишь бумага, но эта бумага может многое изменить.
— А как у тебя с деньгами, а?
— Это, бабуся, все нормально: мелких нет, а крупных никогда не было.
Деньги — всего лишь бумага, но эта бумага может многое изменить.
— А как у тебя с деньгами, а?
— Это, бабуся, все нормально: мелких нет, а крупных никогда не было.
Деньги показывают, какой человек на самом деле, ситуации и мгновения показывают, какой была вся жизнь.
— Не ты эти правила придумала, не тебе их отменять.
— Правила придуманы, чтобы их нарушать! Особенно, когда они касаются денег! Особенно моих!
— Мои поздравления! 10000 бад твои! Ждём тебя завтра. 20 процентов — это мне, 2000 бадов — налоги, 1000 — плата за вход и ещё одна за шоссе.
— За шоссе?
— Да!
— Какое шоссе?
— Нужно платить.
... безденежье не спасает от денег, а как раз полностью им подчиняет, что без презренного, обожаемого средним классом «достатка» ты просто раб.
— Ну а деньги?
— Деньги есть! Триста кардинальских пистолей.
— Это только на дорогу туда, а обратно?
— Могу вас успокоить, обратно мы вернемся не все.
В сундучках, узлах везли добро, что попадалось под руку, — все пригодится в хозяйстве: и пулемет, и замок от орудия, и барахло, взятое с мертвеца, и ручные гранаты, винтовки, граммофон и кожа, срезанная с вагонной койки. Не везли только денег — этот хлам не годился даже вертеть козьи ножки.