Я обожгусь
Холодным серым льдом,
Остывших чувств
Застынет в горле комната
Без окон и дверей
Так холодна
Тюрьма души моей...
Я обожгусь
Холодным серым льдом,
Остывших чувств
Застынет в горле комната
Без окон и дверей
Так холодна
Тюрьма души моей...
Джон допустил оплошность, мечтательно упомянув о горячей ванне. «Холодная лучше, — тут же сказала Игритт, — если тебя потом есть кому согреть».
Я поднял голову к сумрачному небу, открыл рот, ловя холодные снежинки. Остыть бы. Остыть насовсем. Но только не так, как в сумраке. Стать льдом, но не туманом; снегом, но не слякотью; окаменеть, но не растечься...
В мире слишком много холода. Если б только люди могли договориться обо всем, было бы по-другому.
Потеряться здесь легко совсем.
И наша юность – ледяная цитадель,
Где только холод снега есть.
Но, как гласит не очень старая, зато очень верная мудрость, если тебе холодно, ты еще жив. Мертвяку такие мелочи по барабану.