Это не слёзы — это капли дождя на стекле.
Сколько можно не спать и плевать против ветра,
Быть беглецом, бежать от стены к стене,
Раздвигая пространство метр за метром?!
Мы ничего не получим за выслугу лет,
Будем жадно хватать обрывки ушедших историй.
Я сомневался — мне дали надежду в ответ,
И небо над головой дали чужое.
Тем, кто остался, мои слезы.
Я выбрал жизнь, но слишком поздно,
Нас раздавило чужое небо.
Чужое небо — мои слезы.
Не плачь, дьявол, ведь не желая плакать, ты и стал дьяволом, верно?.. Ибо человек, когда он не плачет... когда его слёзы кончаются, высыхая... он становится демоном... становится чем-то совсем иным.
Плакал над отчётом о суде над двадцатитрехлетней Марией Абрахам, задушившей из-за нужды и голода девятимесячную дочь Барбару мужским галстуком, который она носила вместо подвязки и сняла с ноги. Совершенно банальная история.
С каждой радостью — огорчение, и наполняясь радостью, любой дом вскоре наполняется слезами.
Любовь слепа, как ярость и опасней пистолета,
Прозрачнее стекла и ярче, чем огонь.
Когда она доверчиво раздета -
Один из нас рискует головой...
— А ты из-за чего плачешь?
— Черт, я плачу так часто, порой мне кажется, что я превращусь в капли.
Cлайд с цитатой