Вечером по проспекту
Я гуляю на сон грядущий
В окружении неких субъектов,
Популяцией мимо снующих,
Вечно желающих чего-то такого
Эдакого – побольше и сразу.
К ночи чувствуется особо
Коллективный недооргазм.
Вечером по проспекту
Я гуляю на сон грядущий
В окружении неких субъектов,
Популяцией мимо снующих,
Вечно желающих чего-то такого
Эдакого – побольше и сразу.
К ночи чувствуется особо
Коллективный недооргазм.
Либидо населенья
Неуверенное какое-то.
Наблюдая его проявленья,
Задаешься вопросом: «А чой-это?».
Мальчики с бедрами, как у балерины,
Девочки с татуажем якудзы,
С комплексом манекена с витрины
В магазинах «Счастливый лузер».
Ммм, мама-мамочки.
Опа, опачки!
Дайте кто-нибудь Богу его очки!
Каждая страна, как и человек, доставляет неудобства другим, одним фактом своего существования.
Люди становятся хуже... даже святые и герои. Этого нельзя предотвратить. В этом наше спасение.
Я рассматривала людей, проходивших внизу. У каждого из них своя история, и она — часть еще чьей-нибудь истории. Насколько я поняла, люди не были отдельными, не походили на острова. Как можно быть островом, если история твоей жизни настолько тесно примыкает к другим жизням?
Мы глотаем отраву.
Мы живём второпях.
Нам досталось по праву
право сдохнуть в цепях.