Оскар Уайльд

Не то чтоб я любил сынов твоих, Свобода, -

Слепцов, живущих лишь одним грядущим днем,

Невежд, коснеющих в невежестве своем, -

Но хаос, но террор, но рев и вой народа

Сродни моим страстям, как морю — непогода;

Их ярость буйная мила душе моей

Безмерно, — а не то, пусть произвол царей

Предательством, кнутом, попранием Природы

(Призвав в помощники обман, насилье, ложь)

Права народа нарушают ежечасно, -

Я и не шелохнусь... Что мне? — но все ж, но все ж

Те Мученики, что, пусть подвиг их напрасный,

На баррикадах погибают ни за грош...

Свидетелем мне Бог, — я чем-то с ними схож.

0.00

Другие цитаты по теме

Прекрасны идеалы демократий,

Когда подобен каждый Королю, -

Но я определенно не люблю

Разгула нынешних крикливых братий;

Монарх достоин менее проклятий,

Чем гнусных демагогов болтовня, -

Анархией свободу подменя,

Они уже готовят нас к расплате.

У вас есть выбор. И не один. Вы свободны выбирать. Зачем сковывать себя чужими взглядами и примерять на себе чужой опыт жизни?

ГИДРА была основана на убеждении, что людям нельзя доверять их личную свободу. Но мы тогда не понимали, что, если попытаться отнять у них эту свободу, они будут сопротивляться. Война многому нас научила. Человечество должно отдать свою свободу добровольно.

Если мышление – не мое мышление, то оно – только развертывание клубка мысли, рабство или работа «слуги слова». В моем мышлении не мысль составляет начало, а потому я – цель его, и весь процесс его – только процесс моего самонаслаждения; для абсолютного или свободного мышления, напротив, самое мышление – начало, и оно мучительно старается установить это начало как самую крайнюю «абстракцию» (например, как бытие). Именно эта абстракция, или эта мысль, и составляет начало, а затем надо только тянуть нить, пока не развернется весь клубок.

Абсолютное мышление – дело человеческого духа, а он – святой дух. Поэтому такое мышление – дело попов, одни они «понимают» это дело, «понимают высшие интересы человечества», интересы «духа».

— Я просто слушала.

— Её ложь? Все нормально. Она всегда так поступает с хорошими людьми — дезориентирует, заставляет в ней нуждаться, а потом забирает то, что ей нужно и выбрасывает, как мусор.

— Она постоянно думает о тебе, почему ты оставил ее в живых. Слушает запись твоего звонка в службу спасения в тот день снова и снова.

— Ты должна быть очень осторожной, поверь, говорю из своего опыта, Харли Сантос — самовлюбленная психопатка и убийца. И все же, она заставила меня сходить по ней с ума, а тебя сопереживать ей. В этом ее сила. Но вместе, мы сможем использовать это манипулирование, забраться в ее голову, также, как она и заставить сомневаться в собственном здравомыслии. А потом сможем быть свободны.

Любовь делает свободного человека ещё свободнее, но она же превращает заключённого в раба.

— Мы, американцы, — сказал Коуп, вставая, — свято верим в абсолютную свободу. Доктор тоже поднялся. Пафос собеседника не произвел на него ни малейшего впечатления. Эти слова он слышал уже не раз — от людей самых разных национальностей. Почему-то многие убеждены, что именно в их стране процветает свобода. Абсурд! Ни одна страна, ни одна нация, ни один индивид не могут быть совершенно свободны. Другое дело, что существуют разные степени зависимости.

В наши дни мужу опасно оказывать жене какое-либо внимание на людях. Это заставляет всех думать, что он бьет ее наедине. Так подозрительны нынче ко всему, что похоже на счастливый брак.

Когда не боишься жить так, как хочешь, тебя мало что может расстроить или напугать. Единственная штука, которая имеет значение, – свобода. Свобода быть собой.

Мне говорили что не к чему быть гордой.

Словно алмаз сверкать, быть такой же твёрдой.

Мне говорили белое станет черным, но не верю я...

Мне говорили что быть собой опасно.

Лучше молчи пускай с чем-то не согласна.

Мне говорили что все мечты напрасно — это было зря..