Пока уста обвиняют, сердце оправдывает.
Единственное оправдание вмешательства в свободу действий любого человека — предотвращение вреда, который может быть нанесён другим.
Пока уста обвиняют, сердце оправдывает.
Единственное оправдание вмешательства в свободу действий любого человека — предотвращение вреда, который может быть нанесён другим.
Суровые люди — несчастные люди: их судят по поступкам и осуждают, а если бы заглянули в их душу, быть может, все они были бы оправданы.
Все мужчины — лжецы, болтуны, лицемеры, гордецы и трусы, похотливые, достойные презрения. Все женщины — хитрые, хвастливые, неискренние, любопытные и развратные. Но самое святое и возвышенное в мире — это союз этих несовершенных, отвратительных существ.
Как ни злы люди, они все же не осмеливаются открыто преследовать добродетель. Поэтому, готовясь напасть на нее, они притворяются, будто считают ее лицемерной, или же приписывают ей какие-нибудь преступления.
– ... Оправдать можно что угодно.
– И осудить тоже что угодно. Никогда никого не суди, Андрюша. Если совсем уж невмоготу, начинай с самого себя.
Все неприятности, которые ваш злейший враг может высказать вам в лицо — ничто по сравнению с тем, что ваши лучшие друзья говорят о вас за спиной.
Чтобы оправдаться в собственных глазах, мы нередко убеждаем себя, что не в силах достичь цели; на самом же деле мы не бессильны, а безвольны.
Поэт только тогда может любить искренне, когда сердце его тронуто огнем гениальной женщины, когда ум её глубок и в состоянии воспламенить его собственный ум.