Наш образ жизни напоминает позолоченную пилюлю для самоубийцы.
Уж лучше бы Богу не существовать, тогда Ему не пришлось бы стать самым страшным из всех алиби.
Наш образ жизни напоминает позолоченную пилюлю для самоубийцы.
Уж лучше бы Богу не существовать, тогда Ему не пришлось бы стать самым страшным из всех алиби.
Любая молитва, будь то просьба, заступничество, благодарение или хвала. Молитва – не бегство от мира: напротив, это борьба. Она всегда предполагает усилие, ибо это прежде всего духовная битва. Битва с самим собой.
Желание молиться – даже если не получается – это уже молитва.
Я всего лишь наблюдаю мир, какой он есть, – мир, к которому принадлежу сам. Так что, критикуя его, я критикую себя.
Может, это звучит претенциозно, но мне кажется, у кого есть хоть крупица ума, тот может только грустить.