— Во-первых, сбрей козлиную бородку, она не идет к твоему костюму!
— Ээээ… У меня нет костюма…
— И это во-вторых, купи костюм!
— Во-первых, сбрей козлиную бородку, она не идет к твоему костюму!
— Ээээ… У меня нет костюма…
— И это во-вторых, купи костюм!
— Зои зовет на архитектурную выставку Франка Ллойдерайта, есть желающие?
— Прости, но я собираюсь мыть голову.
— А я воду включаю.
— А я полотенце подаю.
— А я, видимо, останусь дома один и буду переживать, что меня не позвали на эту головомойку.
— Тед сказал, что перед аварией перед его глазами промелькнула вся его жизнь. Ну, знаешь, всё, что ему было дорого. С тобой также было?
— Ой, ну наверняка он увидел буфера!
— И скотч.
— И деньги.
— И костюм!
— Костюм из денег!
— Костюм из буферов!
— Гигантская титька, одетая в костюм из денег!
— Титька, которая вырабатывает скотч!
— Ну да, практически...
— Привет, дружище...
— Барни, я в порядке! Это не обязательно. Вообще-то это даже немного странно, без обид, дамы.
— Я вообще-то надеялся, что тебя нет дома.
— Почему ты спишь в нашей ванной?
— Эм, керамика предохраняет костюм от образования складок.
— Хрена с два. Мы будем вечно молодыми!
— Ты в этом уверен? Потому что, кажется, как минимум раз в год нам напоминается совершенно о противоположном.
— Чувак, это древнейшая профессия. Я готов поспорить, что даже у кроманьонцев были пещерные проститутки, что-то вроде «рыба за секс».
— Ну так с такими раскладами получается, что древнейшая профессия — рыбак.
— Это не сработает.
— Да, я знаю.
— Так почему же ты все это делаешь?
— Потому что я люблю ее!