Пригожество лица живёт недолгий срок -
Игрушка хрупкая, полуденный цветок,
Оно покоится лишь в оболочке кожной.
Лишь красота ума прочна в нас и надежна.
Пригожество лица живёт недолгий срок -
Игрушка хрупкая, полуденный цветок,
Оно покоится лишь в оболочке кожной.
Лишь красота ума прочна в нас и надежна.
На ум клевещут наш — вот что меня гневит.
Мне это кажется тягчайшей из обид
И я отмщу за нас, за всех без исключенья,
Мужчинам, что хотят держать нас в униженье,
Чтоб жалким мелочам весь наш талант обречь
И к знанью высшему дорогу нам пресечь.
А тем, что придавать нам не хотят цены,
Кичливым умникам, мы показать должны,
Что знаньем женщины подчас их всех богаче,
Что можем мы решать не меньшие задачи,
В ученых обществах сплотясь, подобно им.
Я поняла по истеченьи многих Лун:
В постели меня любят не за ум,
И в жизни обожают дарованья:
Веселый смех и томное молчанье.
Мир состоит из бесчисленных маленьких арф, невидимых простому глазу... Мир наполнен арфами и каждая их струна играет собственный мотив, переплетаясь друг с другом, они рождают неповторимую мелодию. Вот почему мир так прекрасен.
Все восхваляют красоту твою,
И знаешь ты сама, что ты прекрасна,
Но я один твой светлый ум пою
И дух твой, добродетельный и ясный.
Стирает время дланью беспристрастной
Прекраснейшую из земных красот,
Но в красоте души оно не властно,
Не страшен ей времен круговорот.
Но что же делать, я не могу быть хоть немного счастлив, покоен, ну, словом, не понимаю себя вне живописи. Я никогда еще не любил так природу, не был так чуток к ней, никогда еще так сильно не чувствовал я это божественное нечто, разлитое во всем, но что не всякий видит, что даже и назвать нельзя, так как оно не поддается разуму, анализу, а постигается любовью. Без этого чувства не может быть истинный художник. Многие не поймут, назовут, пожалуй, романтическим вздором — пускай! Они — благоразумие... Но это мое прозрение для меня источник глубоких страданий. Может ли быть что трагичнее, как чувствовать бесконечную красоту окружающего, подмечать сокровенную тайну, видеть бога во всем и не уметь, сознавая свое бессилие, выразить эти большие ощущения...
Насколько моя жизнь похожа на сон, настолько же мои сны полны жизнью. В них живет музыка, порой прекрасная, порой пугающая. В них пестрые световые блики играют в струях волшебных ароматов, в них звуки сверкают ярче звезд, а звезды звенят, как колокольчики. В них на полнеба пылает и переливается полотнище северного сияния, похожее на гигантский театральный занавес.