Школа отчаяния (Danganronpa)

Другие цитаты по теме

Как известно, в любой культуре люди прыгают от радости в момент наивысшего счастья. Прыгание является международно признанным выражением радости, и баскетбол — это тот вид спорта, который построен на прыгании... Возможно, игрок прыгает, потому что он счастлив, но, что более вероятно, он счастлив, потому что прыгает. Мне приходилось слышать, как игроки жалуются по поводу практически любой детали игры — правил, размера или цвета мяча, формы или температуры в раздевалке, — но я никогда не слышал, чтобы кто-то жаловался на то, что им приходится прыгать.

Не играйте по его правилам. Заставьте его играть по вашим.

— Всё, что я говорила... Неправда. Я просто вела игру и всё.

— Я знаю. А это — проигрыш.

Нельзя выйти из игры, если всё время оглядываешься.

С годами человек многое теряет, но это жизнь, и ты понимаешь это — когда теряешь. Ты понимаешь, что жизнь это такая игра, где важен каждый дюйм. Опоздал, сделал на шаг больше, на шаг меньше, и отдал этот дюйм. Мы будем драться за каждый дюйм! Потому что, мы знаем, сумма этих дюймов и есть разница между победой и поражением, между жизнью и смертью! В драке побеждает тот, кто готов отдать жизнь за этот дюйм! И я готов драться и умереть за этот дюйм, потому что это и есть жизнь!

Независимо от решения [судьи] лучшая команда проиграла. Мы не играли хорошо. Мы не заслужили победы. Но таков футбол. Я не говорю об этом решении, потому что я в нем не уверен.

Что такое? Они сдались? Так все заканчивается, когда я полностью серьезен? Если противник теряет желание играть, в чем тогда радость от игры?

Есть игра: осторожно войти,

Чтоб вниманье людей усыпить;

И глазами добычу найти;

И за ней незаметно следить.

Ты спрашиваешь меня, как играл этот виртуоз?

В его игре было нечто человеческое: он допустил ошибку.

Жизнь, Джеймс Киркхем, это долгая игра между двумя безжалостными игроками — рождением и смертью. Все мужчины и все женщины играют в нее, хотя большинство из них плохие игроки. У каждого мужчины и у каждой женщины хотя бы раз возникает желание, за которое они добровольно отдали бы душу — а часто и жизнь. Но жизнь — такая грубая игра, управляемая наудачу, если вообще управляемая, и с такими запутанными, противоречивыми и безвкусными правилами.