Прекратить бой! Приведите ему моего коня. Отдайте ему моего коня. Этот великий воин не должен сражаться пешим.
— Ты сказал, что не будешь биться с братьями.
— Ты мне больше не брат. Когда-то ты был моим ногами, но это в прошлом.
Прекратить бой! Приведите ему моего коня. Отдайте ему моего коня. Этот великий воин не должен сражаться пешим.
— Ты сказал, что не будешь биться с братьями.
— Ты мне больше не брат. Когда-то ты был моим ногами, но это в прошлом.
— Я должен уйти, Ивар. Со смертью Хельги меня здесь ничто больше не держит. Этот мир мне больше не интересен. Поэтому я отдам себя на волю волн и ветров или богов и судьбы.
— Ты разбиваешь мне сердце.
— Оно заживет. Ивар Бескостный — бич всего мира. Я тебе не нужен.
Суть в том, что совесть мучает его так же как и тебя, но воины никогда не обнажают своих сердец, пока за них это не сделает топор.
Когда приходит неприятельская армия, после боя воинов обычно хоронят. Вполне разумно похоронить воинов неприятельской армии до боя. А стоя — еще и компактнее.
— Я могу всё объяснить. Ролло видит, что наше дело правое. Лагерта убила нашу мать и захватила трон.
— Всё это в прошлом, Ивар.
— Я должен отомстить за убийство матери. Думаю, на моем месте ты поступил бы также.
— В память об отце, ради оставленного им наследия и всего, во что он верил, я прошу тебя, Ивар, не ставь под удар жизни наших людей.
— Ты говоришь так, только потому, что видишь, какие могучие силы собираются против тебя. Если бы у тебя была надежда на победу, ты не пришёл бы к нам. Ты просто боишься.
— Я не боюсь. Это ничего не меняет.
Посмотрите на себя! Пытаетесь убежать от стыда! Вам должно быть стыдно, что с вами никого нет. И почему это? Я не понимаю, а вы? Уббе! Никто с тобой не идёт! Все остались со мной.
— Ты знаешь, кто я?
— Ты Ивар, сын Рагнара Лодброка. И многие дрожат от страха перед тобой.
— Но не ты?
— Нет, я не боюсь людей. Даже безбожников.
— Люди придумывают истории о других. О тех, кого они не знают и никогда не видели. И все же они проклинают их и лгут о них! Разве нет?
— Да. Люди рассказывают небылицы о спасителе.
— Может, они лгут и обо мне тоже?