— Я ненавижу тебя. Как же я тебя ненавижу!
— Нет. Это не так.
— А должна. Я должна тебя ненавидеть.
— Я ненавижу тебя. Как же я тебя ненавижу!
— Нет. Это не так.
— А должна. Я должна тебя ненавидеть.
— Где Скотт МакКолл?
— Почему я должен говорить тебе?
— Потому что я вежливо спросил. И так я делаю только один раз.
— Там этикетка есть?
— Какая этикетка?
— Где сказано, как его вырубить!
— Зачем клеить такие этикетки на капканы?!
— Звери ведь читать не умеют, идиот!
– Просто найдите зажигалку или свечку, пожалуйста.
[Малия находит и включает сварку]
– Слишком?
– ПИТЕР!
– Малия.
– Что?
– Мы смогли пробиться через Охоту только... с помощью эмоциональной связи.
– Чёрт. Хотела бы я помочь. Я не скажу это. Я не скажу это!
– Ладно, что ж, полагаю, все умрут.
[Малия рычит]
– Пап. Папа. Папа!
– Скажи это искренне.
– Пап... прошу, очнись. Папа...
[Питер очухивается]
— Попробуй сделать покадровый анализ.
— Ладно.
— Но, что бы ты ни нашел — держи язык за зубами, ладно?
— Что там?
— Ничего. Всего лишь я в своей комнате. На кровати.
— Предлагаешь наблюдать за тобой в постели? Помнишь, я говорил тебе, что ты не в моем вкусе?
— Просто сделай это. И, кстати: ты тоже — не в моем.
– Тут не было ни поезда, ни землетрясения, так что... видимо, это просто был плохой сон.
– Но я не спала.
— Она уходит.
— В прошлый раз, когда я осталась с тобой наедине, я чуть не истекла кровью на поле для лакросса. Она остается.
Я помог тебе. Я помог спасти тебя. Ты же получил, чего хотел! Ты же получил, чего хотел. Теперь настала моя очередь получить то, чего хочу я.
– Разлом сжигает всё, что пытается пройти через него.
– Возможно, не всё.
[приходит Цербер]