Это нам не вникать в перехлёст интриг
И не верить излишне красивым снам.
Может, где-то Создатель хранит Талиг,
Но граница Талига досталась нам.
Это нам не вникать в перехлёст интриг
И не верить излишне красивым снам.
Может, где-то Создатель хранит Талиг,
Но граница Талига досталась нам.
В этой крепости отдыха лучше нет,
Чем смотреть на закат и крутить усы,
Ожидая, что завтра другой рассвет
Будет брошен войной на её весы,
И останется драться и победить -
Для того, очевидно, сюда пришли...
Господа офицеры, кому судить,
Кроме этой уставшей родной земли?
Стремление ни в чём не отставать от других — один из вернейших способов лишить себя счастья. И не важно, на каком уровне достатка это стремление начинает развиваться. Счастье возможно лишь при условии, что человек умеет быть довольным тем, что у него есть, и не завидует состоятельным людям.
— Почему ты продолжаешь улыбаться, несмотря на ту боль, что я тебе причинил?!
— Кто не боится плакать — может улыбаться.
— Представь, что за кроличьим племенем гонится один обобщённый удав. А до реки ещё осталось около ста прыжков. Так вот, имеет ли право вожак, чтобы взбодрить выбившихся из сил, воскликнуть: «Кролики, ещё одно усилие! До реки только двадцать прыжков!»?
— Я полагаю, имеет, — сказал Возжаждавший, стараясь представить всю эту картину, — потом, когда они спасутся, он им объяснит, в чём дело.
— Нет, — сказал Задумавшийся, — так ошибались все преобразователи. Ведь задача спасения кроликов бесконечна во времени. Перебежав реку, кролики получат только передышку. Наш обобщённый удав найдёт где-нибудь выше или ниже по течению переброшенное через реку бревно и будет продолжать преследование. Ведь удав у нас обобщённый, а любителей крольчатины всегда найдётся достаточно...
— Значит, я так думаю, надо сохранить право на ложь для самого лучшего случая?
— Нет, — сказал Задумавшийся, — такого права нет. Как бы ни были кролики благодарны своему вожаку за то, что он взбодрил их своей ложью, в сознании их навсегда останется, что он может солгать. Так что в следующий раз сигнал об опасности они будут воспринимать как сознательное преувеличение. Но и вожак, солгав во имя истины, уже предал истину, он её обесчестил. И насколько он её обесчестил, настолько он сам её не сможет уважать... Она его будет раздражать...