Могу ли человеком я считаться,
Когда причислен я к творящим зло,
И существом разумным называться,
Когда в меня безумие вошло?
Мне ведомо, что близок день Суда,
И на Суде нас уличат во многом,
Но Божий Суд не есть ли встреча с Богом?
Где будет Суд – я поспешу туда!
Я пред Тобой, о Господи, склонюсь,
И, отречась от жизни быстротечной,
Не к вечности ль Твоей я приобщусь,
Хоть эта вечность будет мукой вечной?
Он не был яхтсменом, не был и моряком, и тем не менее в первой половине XX века этому человеку удалось совершить плавание, которое смело можно назвать беспримерным.
Суровые люди — несчастные люди: их судят по поступкам и осуждают, а если бы заглянули в их душу, быть может, все они были бы оправданы.
— Почему ты продолжаешь улыбаться, несмотря на ту боль, что я тебе причинил?!
— Кто не боится плакать — может улыбаться.
Немало таких, что словно опасаются творить благие дела, но не боятся совершать неподобающее, и менее всех достойны снисхождения те из них, кои умеют отличить добро от зла и понимают превосходство и преимущества добра. Ведь если упадут в пропасть зрячий и слепой, которых судьба свела в пути, то в этом виновен наделенный зрением, видящий дорогу, но не остерегшийся, слепец же не ведает, куда направляется.
Лишь справедливость зиждет и творит,
И небо справедливостью стоит!
Когда бы справедливость не дала
Воды земле — и роза б не цвела.
По справедливости родят поля,
И в равновесье держится земля.
И справедливость льет свои лучи
Весной на огороды и бахчи.
И розы — тех, кто их сорвать спешат, —
Шипами справедливыми язвят.
Cлайд с цитатой