— Эй парни, сдвиньте с места свои титанические задницы и задайте этим олимпийцам жару!
[Пегас сдувает огонь с головы Аида.]
— Эй, здесь была шевелюра.
— Эй парни, сдвиньте с места свои титанические задницы и задайте этим олимпийцам жару!
[Пегас сдувает огонь с головы Аида.]
— Эй, здесь была шевелюра.
— Просто не верится, что ты завелась из-за какого-то парня!
— Но этот не какой-то! Он открытый, милый, он никогда не сделает мне больно...
— Ой, ну не надо, он же мужчина!
Мне нужно, чтоб ты нашла его слабость. У всех есть слабости: у Пандоры был этот ящик, а троянцы поставили не на ту лошадь.
— Аид, давно не виделись! Как идут дела в загробном?
— Ну, как тебе сказать... Темновато, мрачновато, в час пик горы трупов как всегда.
— Аид, давно не виделись! Как идут дела в загробном?
— Ну, как тебе сказать... Темновато, мрачновато, в час пик горы трупов как всегда.
— Сволочь ты все-таки, — задумчиво протянула я.
Уныние в голосе оборотня мгновенно сменилось на сдержанный смех.
— На том стоим, солнышко.
— И уши у тебя холодные, — тем же задумчивым тоном продолжила я.
— Теплые! Хвостом клянусь!
— Не верю!
— Мой хвост! Я смертельно оскорблен!
— А как же взаимопомощь, самопожертвование, отвлеченность от дел мирских?
— Я им карму испорчу. Они баранами что-то в себе отрабатывают, а если помогу, то помешаю.